Пл чернышевского д 5: площадь Чернышевского, 5 — все заведения в доме, рейтинг дома № 5 на площади Чернышевского на карте, ближайшее метро, организации, фотографии, отзывы — Санкт-Петербург

Содержание

Пункт выдачи «Санкт-Петербург, м. Парк победы, пл. Чернышевского д. 5»

Пункт выдачи «Санкт-Петербург, м. Парк победы, пл. Чернышевского д. 5»

Пожалуйста подождите

Каталог товаров


Адрес: г. Санкт-Петербург, пл. Чернышевского, д. 5

Проезд: м. Парк победы. Проезд: От м. Электросила до остановки «Улица Кузнецовская»: — автобусы: № 26, 2М, 2МА, 3, 50; — маршрутные такси: № К-213, К-226, К-3, К-350. — трамвай: № 29.

Банковские карты: принимаются

Срок хранения, календарных дней: 15

Максимальная сумма, при которой разрешается использование наложенного платежа: без ограничений

Состояние удалённой точки: работает

График работы:
Пн — Вс: 10:00–20:00

Что нужно для получения заказа в пункте выдачи заказов:

  • Номер идентификатора отправления.
  • Если заказ был предварительно оплачен, необходимо предъявить паспорт или другое удостоверение личности, а если предоплаченный заказ за вас получает кто-то другой, получателю потребуется нотариально заверенная доверенность или оригинал квитанции об оплате.
  • Для получения заказа, оформленного на юридическое лицо, требуется доверенность или печать организации.

загрузка карты…

Возврат к списку

Как доехать до Площадь Чернышевского, д. 3 в Санкт-Петербурге на автобусе, метро, маршрутке, трамвае или троллейбусе?

Общественный транспорт до Площадь Чернышевского, д. 3 в Санкт-Петербурге

Не знаете, как доехать до Площадь Чернышевского, д. 3 в Санкт-Петербурге, Россия? Moovit поможет вам найти лучший способ добраться до Площадь Чернышевского, д. 3 от ближайшей остановки общественного транспорта, используя пошаговые инструкции.

Moovit предлагает бесплатные карты и навигацию в режиме реального времени, чтобы помочь вам сориентироваться в городе. Открывайте расписания, поездки, часы работы, и узнайте, сколько займет дорога до Площадь Чернышевского, д. 3 с учетом данных Реального Времени.

Ищете остановку или станцию около Площадь Чернышевского, д. 3? Проверьте список ближайших остановок к пункту назначения: Улица Кузнецовская; Кузнецовская Улица; Московский Пр.; Станция Метро Парк Победы; Московский Пр. Уг. Благодатной Ул.; Варшавская Ул..

Вы можете доехать до Площадь Чернышевского, д. 3 на автобусе, метро, маршрутке, трамвае или троллейбусе. У этих линий и маршрутов есть остановки поблизости: (Автобус) 26, 3, 50, 72 (Метро) 2 (Маршрутка) К-3, К350

Хотите проверить, нет ли другого пути, который поможет вам добраться быстрее? Moovit помогает найти альтернативные варианты маршрутов и времени. Получите инструкции, как легко доехать до или от Площадь Чернышевского, д. 3 с помощью приложения или сайте Moovit.

С нами добраться до Площадь Чернышевского, д. 3 проще простого, именно поэтому более 930 млн. пользователей доверяют Moovit как лучшему транспортному приложению. Включая жителей Санкт-Петербурга! Не нужно устанавливать отдельное приложение для автобуса и отдельное приложение для метро, Moovit — ваше универсальное транспортное приложение, которое поможет вам найти самые обновленные расписания автобусов и метро.

Страхования компания РЕСО-Гарантия по адресу площадь Чернышевского, 5, Санкт-Петербург: телефон, адрес, отзывы

Страховая компания «РЕСО-Гарантия», расположенная по адресу площадь Чернышевского, 5, Санкт-Петербург предлагает следующие услуги: автострахование, каско, осаго, зеленая карта. Время работы сомпании: пн-пт 9:30–18:00; сб 10:00–18:00; вс 10:00–16:00.

Ниже можете увидеть точное расположение компании на карте, также посмотреть как добраться до РЕСО-Гарантия, загруженность дорог.

Ниже представлены 3 фотографии страховой РЕСО-Гарантия. Фото взяты из открытых общедоступных источников. Актуальность уточняйте у представителей компании.

Виталий Горпинченко

Удобное расположение, приветливый персонал

2 года назад

Егоров Е.

Очень удобно расположены и отлично работают

2 года назад

Александр И.

Быстро,качественно

2 года назад

Евгений Стахевич

Удобно добираться !!

2 года назад

Владислав Д.

Оформлял здесь ОСАГО. Вопросов нет, все сделали быстро, не считая естественной очереди.

2 года назад

Маргарита

Отличное расположение, быстрая работа специалистов

3 года назад

Пётр Бранчук

Всё на высшем уровне! Супер!!!

3 года назад

Ксения А.

Для автовладельцев: выезжает заранее, проблема с парковкой.

3 года назад

ℹ️ На данной странице портала Brockers-Club.ru представлен подробный профиль брокера «РЕСО-Гарантия», расположенного по адресу площадь Чернышевского, 5, Санкт-Петербург, и предоставляющие следующие услуги: автострахование, каско, осаго, зеленая карта в Санкт-Петербурге. На карте вы также можете посмотреть местонахождение данной компании и оптимальную схему проезда к ней.

Петербург и окрестности — Городские окраины: МОСКОВСКИЙ РАЙОН

 

 


Московский проспект у парка Победы.
Фото 17 мая 2005 г.

    По другую сторону Московского проспекта в глубине площади Чернышевского расположено величественное и чрезвычайно строгое, но не аскетичное, здание 10-этажной гостиницы «Россия». Проект гостиницы разработан и осуществлен в 1957 — 1962 гг. архитекторами Б.Н. Журавлевым, В.Э. Струзман, П.А. Арешевым и инженером А.М. Фундылером.


Площадь Чернышевского.
Общий вид.
Фото 15 февраля 2003 г.

Площадь Чернышевского.
Гостиница «Россия».
Фото 12 июля 2004 г.

Гостиница «Россия».
Вид с Варшавской ул.
Фото 28 мая 2005 г.

    Недалеко от входа в гостиницу была установлена символическая скульптура «Россия», посвященная покорению космоса (архитектор Б. Н. Журавлев, скульптор Г. В. Косов).


Скульптура у гостиницы «Россия».
Фото 28 мая 2005 г.

    Светлое и гармоничное, с лаконично решенным объемом, вызвышающееся на гранитном цоколе, здание превосходно связывает ансамбль площади с застройкой Московского проспекта, особенно с домами №№ 157-159 и 161-163, построенными по проектам В. В. Попова еще до войны.


Московский проспект, д. 161-163.
Фото 15 февраля 2003 г.

Московский проспект, д. 161-163.
Двор. Фото 12 июля 2004 г.

Московский проспект, ворота
между дд. 163 и 165.
Фото 12 июля 2004 г.

Московский проспект.
Пилон ворот между дд. 155 и 157.
Фото 12 июля 2004 г.

    В 1950-х г. на площади были построены крупные жилые дома № 3, 6, 8 по проектам Б. Н. Журавлева.


Пл. Чернышевского.
Фото 15 февраля 2003 г.

Пл. Чернышевского, д. 3.
Фото 12 июля 2004 г.

Пл. Чернышевского, д. 3 — Московский просп., д. 159.
Фото 12 июля 2004 г.

Пл. Чернышевского, 3
— Московский, д. 159. Арка.
Фото 12 июля 2004 г.

    Ансамбль площади Чернышевского — один из самых целостных и законченных в ленинградской практике тех лет.


Пл. Чернышевского, д. 5.
Фото 28 мая 2005 г.

Пл. Чернышевского, дома 6, 8, 10.
Фото 28 мая 2005 г.

Пл. Чернышевского, д. 10.
Фото 28 мая 2005 г.

    Здание гостиницы служит прекрасным фоном для динамичного, выразительного по силуэту памятника Н.Г. Чернышевскому (1947 г., архитектор В. И. Яковлев, скульптор В. В. Лишев).


Площадь Чернышевского.
Памятник Н. Г. Чернышевскому.
Фото 12 июля 2004 г.

Площадь Чернышевского.
Фонарь у памятника.
Фото 12 июля 2004 г.

    Площадь вливается в единую композицию с проспектом, парком и зданием Спортивно-Концертного комплекса. Все это гармонично и созвучно, и представляет прекрасный ансамбль.

    С противоположной стороны рассматриваемого квартала, на Варшавской ул., в 1970-х гг. по проекту В.В. Попова и Ю.Ф. Кожина возведено незаурядное здание детской музыкальной школы. Фасад здания украшает скульптурный фриз с изображениями юных музыкантов.

Варшавская ул., 44. Школа исскусств им. Мравинского. Фото 17 мая 2005 г.

    В 1982 — 1998 гг. на Московском проспекте выросло новое здание Российской национальной библиотеки, ставшее последним произведением замечательного ленинградского зодчего В. Н. Щербина. Коллектив, возглавляемый им, приступил к проектированию библиотеки еще в 1974 г.
    Время сотрет остроту еще не утихших споров об этом здании, но бесспорно, что главная библиотека города обогатилась замечательным зданием. Это не просто современное функционально решенное сооружение, а храм культуры. Книгохранилище библиотеки рассчитано на 20 миллионов единиц хранения, в здании 16 читальных залов. В перспективе планируется расширение библиотечного комплекса в сторону Варшавской улицы.


Московский проспект,
Российская Национальная библиотека.
Фото — декабрь 2001 г.

Московский проспект, РНБ.
Фото 12 июля 2004 г.

Московский проспект, РНБ.
Дворик.
Фото 12 июля 2004 г.

Московский проспект, РНБ.
Фасад по Бассейной ул.
Фото 17 мая 2005 г.

Московский проспект, РНБ.
Вид из дворика на д. 190.
Фото 12 июля 2004 г.

    Внутренний дворик библиотеки украшают замечательные произведения современной городской скульптуры работы Б.А. Свинина.

Скульптура во дворике РНБ. Фото 12 июля 2004 г.

    Дом с башней — под № 190 по Московскому проспекту — на углу Бассейной улицы был начат постройкой еще до войны (архитекторы Б. Р. Рубаненко, Г. А. Симонов, О. И. Гурьев и С. В. Васильковский). Этот участок застройки первоначально был поручен мастерской Лазаря Хидекеля, но после того, как его проект (совместно с братом Львом, 1938 г.) вызвал серьёзные возражения, работу передали Г. А. Симонову. Кроме всего прочего было решено осуществить в этом квартале эксперимент по внедрению методов скоростного поточного строительства. Несколько зданий собирались построить за зиму 1940-41 гг., но по какой-то причине проект остался не завершен: основной корпус со стороны Московского построить успели, а вот башню на углу Бассейной улицы осуществили уже только после войны (вероятно по проекту О. Гурьева).

Башня дома 190 по Московскому. Фото 26 мая 2005 г.

    Но башня присутствовала и в первоначальном проекте Г. Симонова — только она предполагалась не такой высокой (восемь этажей) и по-иному оформленной. В проекте ее основной кубический объем венчал непропорционально маленький восьмигранный фонарик, на котором помещалась фигура человека, несущего макет корабля над головой.


Московский проспект, д. 190.
Фото 12 июля 2004 г.

Московский проспект, д. 190 и фонтаны перед РНБ.
Фото 12 июля 2004 г.

Московский проспект, д. 190.
Фото 15 февраля 2003 г.

    В 1952 — 1958 гг. была создана система жилых кварталов вдоль улиц Фрунзе, Победы и Бассейной между Московским проспектом и Варшавской улицей. Здесь сразу решались задачи внутриквартальной застройки, благоустройства, создания дворов и площадей, высотных доминант, сочетания архитектуры и зеленых зон. Проект кварталов был выполнен архитектором Н. Г. Сваричевским. На Московском ему принадлежат проекты домов 167 — 173, на Бассейной — 27 — 39, на ул. Фрунзе — дома 1 — 7, 2 — 6.


Московский просп., дома 167-171.
Фото 26 мая 2005 г.

Московский просп., д. 167.
Фото 26 мая 2005 г.

Московский просп., д. 171.
Фото 26 мая 2005 г.

Московский просп., д. 171-173.
Фото 26 мая 2005 г.

Московский просп., д. 173.
Фото 26 мая 2005 г.

Бассейная ул., д. 27.
Фото 17 мая 2005 г.

Бассейная ул., д. 20.
Фото 12 июля 2004 г.

    По проектам Г.А. Симонова, в соавторстве с О.И. Гурьевым и А.М. Фромзелем, были сооружены дома №№ 198 и 200, формирующие юго-восточный угол новой площади, у пересечения с теперешней улицей Победы, когда-то проектируемой как часть гигантского Дудергофского шоссе. Дома эти вряд ли можно считать большой удачей архитекторов — для своего времени и места эти здания вполне типичны.


Московский просп., д. 198
и ул. Фрунзе, д. 10.
Фото 7 апреля 2003 г.

Московский проспект, 198.
Фото 26 мая 2005 г.

Улица Победы.
Фото 26 мая 2005 г.

Московский просп., д. 196 — ул. Победы.
Фото 26 мая 2005 г.

Улица Победы, д. 14.
Фото 26 мая 2005 г.
Московский просп., д. 196. Фото 26 мая 2005 г.

Банкомат Сбербанка России, пл. Чернышевского, д. 11, гостиница «Россия»

  пл. Чернышевского, 11   в этом же доме
Гостиница «Россия»
В режиме помещения Выдача наличных, Прием наличных
  ул. Варшавская 23 корп. 4   160 м.
Пятерочка
В режиме помещения Выдача наличных
  ул. Кузнецовская, 11   350 м.
Пятерочка
В режиме помещения Выдача наличных
  ул. Бассейная, 41   560 м.
Офис Сбербанка
Круглосуточно Выдача наличных, Прием наличных
  Варшавская ул., д. 23/4, магазин «Пятерочка»   610 м. 9:00 — 23:00 Выдача наличных
  ул. Бассейная, 17   650 м.
Офис Сбербанка
Круглосуточно Выдача наличных, Прием наличных
  Бассейная ул., д. 17, оф. банка   710 м. пн — сб: 9:30 — 20:00, вс: 11:00 — 17:00 Выдача наличных
  ул. Победы, 16   730 м.
Ростелеком
В режиме помещения Выдача наличных, Прием наличных
  Варшавская ул., д. 37, оф. банка   850 м. пн — сб: 10:00 — 20:00 Выдача наличных, Прием наличных
  Московский пр., д. 200, оф. банка   960 м.
МО Московский 200
круглосуточно Выдача наличных, Прием наличных
  просп. Московский, 145   1010 м.
Офис Сбербанка
пн — сб: 10:00 — 20:00, вс: 11:00 — 17:00 Выдача наличных, Прием наличных
  просп. Московский, 172   1080 м.
Офис Сбербанка
Круглосуточно Выдача наличных, Прием наличных
  ул. Варшавская, 37   1120 м.
Офис Сбербанка
Круглосуточно Выдача наличных, Прием наличных
  Московский пр., д. 139, ГМ «ОКей»    1260 м. 9:00 — 23:00 Выдача наличных, Прием наличных
  ул. Решетникова 14   1340 м.
БЦ «Ренессанс»
В режиме помещения Выдача наличных
  ул. Варшавская, д. 5а   1380 м.
Техприбор
В режиме помещения Выдача наличных

Возобновляется очное обслуживание клиентов в ряде офисов в Нижегородской области

/ Возобновляется очное обслуживание клиентов в ряде офисов в Нижегородской …

«ТНС энерго НН» информирует о том, что с 14 февраля 2022 года возобновляется очный прием клиентов в Центрах обслуживания, расположенных по адресам: 

  1. Нижегородская область, г. Бор, ул. Луначарского, д. 10
  2. Нижегородская область, р.п. Воротынец, пл. Советская, д. 7
  3. Нижегородская область, р.п. Д. Константиново, пер. Солнечный, д. 11
  4. Нижегородская область, д. Каликино, ул. Октябрьская, д. 18А
  5. Нижегородская область, г. Кстово, ул. Магистральная, д. 2Б
  6. Нижегородская область, г. Кулебаки, ул. Ульянова, д. 20
  7. Нижегородская область, г. Семенов, ул. Чернышевского, д. 1

При посещении офисов необходимо использовать средства индивидуальной защиты — маску, перчатки, антисептики для рук — и соблюдать дистанцию не менее 1,5 м. друг от друга.

Напоминаем, что оставить обращение и направить сканированные копии документов можно дистанционно — на сайте компании в разделе «Написать обращение как частный клиент». Клиенты также могут получить консультацию специалиста по телефону Единого контактного центра 8 (831) 233-09-70 с понедельника по пятницу, за исключением праздничных дней, с 9:00 до 19:00.

Справка о компании:

ПАО «ТНС энерго НН» — гарантирующий поставщик электроэнергии на территории Нижегородской области, обслуживает более 39,3 тыс. юридических лиц и более 1,25 млн лицевых счетов физических лиц. По итогам 2020 года компанией было реализовано 10,5 млрд кВт*ч электрической энергии.

ПАО ГК «ТНС энерго» является субъектом оптового рынка электроэнергии, а также управляет 10 гарантирующими поставщиками, обслуживающими около 21 млн потребителей в 11 регионах Российской Федерации. Совокупный объем полезного отпуска электроэнергии Группы компаний «ТНС энерго» по итогам 2021 года составил 67,08 млрд кВт*ч.


← Возврат к списку

Такой страницы не существует | Нижний Тагил. Официальный сайт

ПРЕСС-ЦЕНТР



АРХИВ НОВОСТЕЙ

31 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 1 2 3 4 5 6

литературных путешествий в прошлое: Цензура Чернышевского | Путешествие в прошлое

Когда роман Николая Чернышевского Что делать? появился в 1863 выпусках популярного журнала The Contemporary и произвел фурор. Написанная в то время, когда автор находился в заключении за радикализм, тюремная цензура одобрила ее к печати и передала редактору журнала. Роман вызвал страстный отклик. Федор Достоевский был так возмущен, что написал собственный ответ « Записки из подполья ».Радикалы видели в книге своего рода библию, практическое руководство о том, как быть революционером. Владимир Ленин, прочитавший роман через два десятилетия после его публикации, позже позаимствовал это название для своего политического трактата.

Здесь два студента из HST 374 — Зак Логсдон и Николь Пуглизи — «открывают» «настоящий» отчет цензора.

 

  1. Председателю Санкт-Петербургской цензуры по роману Чернышевского

Ваше Высокородное Превосходительство,

Исполняя свой долг перед Его Императорским Величеством, да сохранит Господь его и Империю от зла, я пересмотрел роман Что делать? Николая Чернышевского, чтобы определить, годен ли роман к публикации.Роман о двух «новых людях», мужчине и женщине. После незаконного брака они вдвоем живут целомудренной и эстетичной жизнью, каждый из которых занимается своими личными делами. В конце концов, мужчина инсценирует свою смерть с помощью революционного агитатора, чтобы позволить своей «жене» выйти замуж за своего друга, а женщина продолжает иметь подрывные мечты о будущем рае на Земле. Произведение само по себе не является большим литературным триумфом, и по сравнению с таким автором, как Пушкин, я сомневаюсь, что кто-нибудь вообще стал бы его читать.Однако я рецензировал его не по этой причине, и я осуждаю его по причинам гораздо более вопиющим, чем плохое письмо. Я должен рекомендовать, чтобы этот роман не был опубликован ни в каком виде. В романе много революционных настроений, в том числе вероятный образец для подражания анархистов, который автор пытается скрыть за завесой неопределенности. Его роман также содержит аморальное и, возможно, кощунственное изображение незаконного брака. Более того, предыстория Чернышевского как агитатора и подрывного элемента, а также тот простой факт, что государство посадило его в тюрьму, также заставляют меня не просто отказывать в разрешении на публикацию, но и задаваться вопросом, почему мы рискуем, даже позволяя ему продолжать писать. также.По всем этим причинам я безоговорочно отклоняю разрешение на публикацию этого романа в этой форме или в любой другой форме, которую автор может попытаться изложить.

Самым сильным фактором в моем решении рекомендовать отказ от публикации является то, что эта книга наполнена подрывными идеями и содержанием. В то время как Чернышевский пытается скрыть свою поддержку и призыв к революции и анархии, выражаясь расплывчато и не развивая определенные убеждения, достаточно очевидно, что эта работа является, как назвал ее инспектор Рууд из Третьей директории, «нигилистической атакой на традиционные ценностей»[1]. Действительно, роман настолько пронизан подрывным содержанием, что мне нецелесообразно перечислять их все.Поэтому я сосредоточусь на самом вопиющем случае подрывного содержания в романе. Это включение персонажа Рахметова. Убеждения Рахментова никогда прямо не высказываются, однако ясно, что он революционер. Доказательства этого можно найти в его рассуждениях о кооперативной мастерской, созданной Верой Павловной, так как, когда она думает о назначении кого-то новым управляющим, он бичует ее, говоря: «Вот смотри сюда. Это было решено… кем? Вы и она? Безо всяких расспросов, согласятся ли эти пятьдесят человек на перемену, предпочтут ли они что-нибудь другое или найдут что-нибудь получше? Да ведь это деспотизм, Вера Павловна!»[2] Это свидетельствует о его политических пристрастиях, так как он намекает, что люди имеют какое-то право на то, чтобы с ними советовались и даже помогали выбрать, кто будет новым руководителем.Это демократия самой грязной формы, так как человек, который верит, что рабочие имеют право голоса при выборе своего босса, почти наверняка будет думать, что подданные Империи имеют право вмешиваться в дела государства. Хотя я должен избегать слишком много спекуляций, я думаю, что вполне возможно, что такой человек даже оспорит право Его Императорского Величества командовать нашей лояльностью и править нами. Революционные наклонности Рахментова также очевидны, поскольку он путешествовал по миру, из Восточной Европы в Западную и даже в Соединенные Штаты, возвращаясь в Империю только потому, что чувствовал, что «ему [было] „необходимо“ находиться в Россия.[3] Очевидно, что он не вернулся бы из своего заграничного путешествия, если бы не замышлял попытки какого-нибудь коварного заговора, вроде бунта или даже, не дай Бог, нападения на Царскую Фамилию. В то время как в романе есть множество других отдельных примеров подрывных идей, Рахметов является наиболее ярким из них, и он представляет революционные идеи, подавление которых нам следует больше всего заботиться.

Я выделяю Рахметова отчасти потому, что он является самым ярким примером неуклюжей попытки придать этому роману скрытое революционное содержание, но также и потому, что он является одним из самых «вдохновляющих» подрывных персонажей в романе.Хотя Лопухов и Вера Павловна, безусловно, не являются образцами, которым мы хотим подражать, преклонение перед Рахметовым представляет собой наиболее явную и насущную опасность в романе. Персонаж прославлен своим отношением, поскольку он показан дворянином, который отказался от привилегий своего рождения, чтобы скитаться и терпеть жизнь крестьянства, даже дойдя до отказа себе в удовольствиях, которые они не могут получить. ] Его друзья даже называют его «необыкновенным человеком»[5]. Он задуман как персонаж, которого читатель будет боготворить и стремиться быть похожим на него.Это опасно и не поощряется, так как из-за того, что кто-то пытается подражать этому персонажу, может произойти слишком много зла. Может быть, они просто попытаются улучшить жизнь бедняков, но более вероятно, что они попытаются причинить вред Государству: читатель может даже прочитать это и попытаться убить нашего любимого Царя. Моя обязанность как цензора состоит в том, чтобы помочь определить, что безопасно для публикации: это безопасно для государства, но также безопасно и для имперских подданных. В самом деле, Его Императорское Величество призывал «к законам одинаково справедливым для всех, одинаково защищающим всех»[6]. шея в результате вытянулась, чем я защитил бы и Государство, и горячую голову.В целом, из-за подрывного и революционного содержания этого романа я вынужден отказаться от публикации.

Хотя Рахметов является наиболее ярким примером подрывного содержания в произведении, он не единственный. Четвертый сон Веры Павловны тоже невероятно подрывной. В нем она представляет себе утопию в новой России, где у всех есть работа, кров и полезная еда, но все это без Царя, и делается явная ссылка на то, что Царя нет, как сестры в во сне говорится, что старый дворец заброшен. «Залы пусты; никого не осталось ни в полях, ни в огородах» и что «пока холодно и сыро.Зачем кому-то жить [во Дворце]»[7]. Это явно подрывная идея, так как не только подразумевает, что утопия была бы возможна без руководства царя, но и намекает, что Его Императорское Величество каким-то образом препятствует подданным Империя от достижения утопии. Это также подразумевает, что единственный способ для России возродиться и прогрессировать — это напасть и нанести вред самому Царю. Что вопрос «что делать?» следует ответить бомбами и пулями, направленными на нашего помазанника, и разрушением всей нашей политической и социальной системы.В сочетании с революционными идеями, представленными Рахметовым, это привело меня к признанию этого романа непригодным для печати.

Помимо радикальности романа, его следует отклонить к печати и по соображениям морали, так как роман высмеивает институт брака. По своему отношению к браку роман оскорбляет институт, как показывает Лопухов и Вера Павловна вступает в брак, который не соответствует ни одной из целей, которым учат Бог и Православная Церковь.Скорее, они женятся по простой уловке, чтобы Вера Павловна могла покинуть дом своих родителей, как она говорит Лопухову, когда он предлагает выйти замуж: «Ты освобождаешь меня, мой милый. Я готов быть терпеливым, теперь, когда я знаю, что выйду из этого подвала». настоящую семью, или рожать детей. Это просто средство для достижения цели, позволяющей Вере Павловне бросить свою семью, и как таковая работа граничит с кощунством.Кроме того, их брак является оскорблением Бога и Церкви, поскольку это также незаконный брак. Вступив в брак без согласия родителей, и Лопухов, и Вера Павловна нарушили закон, как отмечает наш юрисконсульт Вагнер, по закону «брак без согласия родителей [составляет] преступление, за которое и жених, и невеста [могут] быть наказаны, и так [могут] все, кто [содействует] им»[9]. Действительно, Лопухов и Вера Павловна обсуждают это, а Лопухов размышляет: «Все будет хорошо, если мы помиримся с ее родителями». , а если подадут в суд?»[10] Со злой предусмотрительностью супруги вступили в незаконный брак специально для того, чтобы помешать родителям Веры Павловны осуществить свои законные права.Я не священнослужитель, но считаю такое изображение деградации таинства богохульством. Такое действие свидетельствует о пренебрежении к закону Божьему, а также к закону человеческому. Кроме того, такие браки недействительны и могут быть аннулированы Церковью[11]. Таким образом, Лопухов и Вера Павловна фактически живут в состоянии греха. Из-за этой кощунственной демонстрации незаконного брака я должен признать эту работу как аморальной, так и подрывной, и рекомендовать отклонить ее к публикации.

Однако я думаю, что есть и более практическая причина, по которой я считаю, что изображение незаконного брака не должно быть включено. Как бы я ни боялся, что ознакомление читателей с революционными идеями может привести к их радикализации, я не думаю, что это хорошая идея, позволяющая опубликовать книгу, которая показывает молодым людям, как они могут вступить в брак без согласия своих родителей. Как мы хорошо знаем, родители могут добиться того, чтобы незаконный брак был аннулирован церковью, а все участники были наказаны государством, но мы также знаем, что успешные судебные процессы и иски об аннулировании действительно очень редки, поскольку Вагнер утверждает, что, хотя церковь может аннулировать незаконных браков «редко [бывает] так» и что «судебные действия по таким делам [являются] длительными, затратными и вообще безрезультатными»[12]. судебный процесс может показаться идеальным, он «потребует денег и еще денег; такие дела, хотя и заманчивые своей идеальной красотой, требовали все больших и больших сумм и тянулись очень долго.Потратив огромные деньги, они часто в конце концов ни к чему не приходили»[13]. В сущности, единственное, что мешает нашим молодым людям жениться без согласия, — это общественный обычай и пустая угроза судебных исков со стороны обиженных родителей. Я не думаю, что это отсутствие правоприменения — это то, на что следует обращать внимание нашей молодежи. Такое разоблачение может иметь серьезные последствия с точки зрения соблюдения требования согласия родителей на вступление в брак. В результате этого, проблемы морали и других обсуждаемых факторов и вопросов я считаю, что разрешение опубликовать эту книгу в любой форме было бы ошибкой высшего порядка и должен рекомендовать полный отказ.

Наконец, я также должен порекомендовать полностью отказаться от этой работы по вине самого автора. Чернышевский уже некоторое время является бельмом на глазу государства. В 1858 г. он имел неосторожность критиковать планы царя по освобождению крепостных, а цензор, не отказавший в публикации, получил выговор[14]. Кроме того, Третье управление арестовало его на основании «незаконных связей с эмигрантской группой»[15]. Чернышевский написал эту книгу, находясь в одиночном заключении в Петропавловской крепости Санкт-Петербурга.Петербург. Не мне спрашивать, почему тюремные власти разрешили ему иметь письменные принадлежности или представить свои работы для публикации. Однако я считаю себя вправе сказать, что одного этого фона достаточно, чтобы любое произведение Чернышевского было отклонено к печати. Он счел нужным пренебречь даже самыми элементарными заповедями нашего публицистического и издательского права, его обвиняли в незаконных связях с иностранными элементами, и, исходя из революционных идеалов и безнравственности в его романе, ясно, что он ничему не научился. от его наказания.В результате всего этого я чувствую, что публикация этой книги в любой форме была бы серьезной ошибкой.

В общем, Чернышевского Что делать? настолько опасен, что его даже не следовало рассматривать для публикации. Он наполнен революционными и подрывными идеями, прежде всего в форме анархиста Рахметова, которые слишком опасны, чтобы подвергать их воздействию людей. В подтверждение моей точки зрения, изображение незаконного брака в произведении аморально, граничит с богохульством и потенциально может помочь молодым людям найти способы обойти законы, касающиеся согласия родителей.Наконец, рассмотрение самого автора как подрывника, известного Третьему управлению и заключенного в Петропавловской крепости, привело меня к выводу, что этот роман просто не может когда-либо считаться безопасным для публикации в любой форме. Рассмотрев все это, я должен безоговорочно отказаться от публикации.

Остаюсь смиренным и послушным слугой Вашего Высокородного Превосходительства,

Титулярный советник Захарий Кевинович

 

2.Что делать (с этой книгой)?

Хотя я хочу сделать этот обзор последнего романа, который я читал, кратким, я боюсь, что не могу из-за запутанности произведения. При первом анализе Что делать? очевидно, что автор, Николай Чернышевский, пытается обратиться к тому, что он считает социальными ошибками, в контексте истории любви. Автор прямо и косвенно рассуждает о роли женщины в обществе, о «новом» поколении, о способах хорошей жизни, о разумном эгоизме, о новой революции.Я начну свой обзор с обсуждения многих правок и удалений, которые, по моему мнению, потребуются для публикации работы. Эти предлагаемые изменения необходимы для того, чтобы не изменить политический, экономический и общественный климат, в котором мы сейчас живем. Сначала я обсужу, как раскрыть революционные связи романа, а затем расскажу о нескольких причинах, по которым я решил опубликовать произведение после внесения этих исправлений. Хотя темы романа, несомненно, носят подрывной характер; Я считаю, что сами по себе они не будут вдохновлять на радикализм.Было бы легче запретить публикацию книги, но я считаю, что, хотя наша работа заключается в цензуре литературного содержания, не в наших интересах ущемлять творчество российского общества (Jacobson, p. xvii). . Поэтому, Ваше Превосходительство, я начну свой доклад с того, почему эта книга должна быть издана с правками, и прошу только простить меня за такое длинное вступление.

Что касается очищения этой книги от ее революционных настроений, то я считаю, что полного удаления персонажа Рахметова, снов Веры, последней главы, а также внесения некоторых незначительных изменений в диалог достаточно, чтобы погасить революционные настроения книги.Во-первых, из повествования следует убрать персонажа Рахметова, потому что его цель в романе — показать, что значит быть выдающимся повстанцем. Сам Чернышевский в романе вставляет, что цель героя Рахметова — показать, что такое настоящий, радикальный героизм: «…не они слишком высоко стоят, а ты слишком низко стоишь… все люди должны и могут стоять на одном уровне с они… если только вы желаете немного поработать над своим развитием» (Чернышевский, с. 313).Другими словами, рассказчик утверждает, что из-за низких социальных стандартов многие люди хвалят трех главных героев этого романа, Веру, Лопухова и Кирсанова, несмотря на то, что они не такие экстраординарные, как Рахметов. Для Чернышевского Рахметов — конечная цель «нового поколения». Он полагает, что, отказавшись от мирских желаний, люди могут сосредоточиться и посвятить себя истинному делу, которым, по его мнению, является революция: «Мы должны показать, что мы говорим о принципах, а не о страстях, согласно нашим убеждениям, а не личным желания» (Чернышевский, с.281). Чтобы закончить рассуждения о Рахметове, я должен сообщить, что Чернышевский, кажется, верит, что каждый может достичь освобождения, если будет способствовать своему личному развитию. На самом деле персонаж Рахметова призван вдохновить людей на то, чтобы посвятить себя революции и искать себе возмездия: «Выходи из своего богом забытого подземелья, мой друг, выходи. Это не так сложно. Выходи на свет божий, где жизнь хороша; путь легок и привлекателен. Попробуйте: развитие, развитие» (Чернышевский, с.313). В целом книга использует уникальность Рахметова, чтобы посеять семена бунта в нашем обществе. Утверждая, что у читателя низкие стандарты, которые можно преодолеть путем развития и стремления к изменениям, Чернышевский прямо заявляет, что у людей есть сила инициировать реформы. Эта идея сама по себе не только проникает в царское самодержавие и, следовательно, должна быть подвергнута цензуре, но я боюсь, что, если этот роман будет опубликован, содержащий эти элементы, он может вызвать любое социальное, экономическое и политическое сопротивление нашему нынешнему состоянию.По сути, персонаж Чернышевского призван продемонстрировать, что через рост и преданность своим представлениям о том, что должно отражать общество, можно осуществить революционные изменения. Поэтому я решил удалить этого персонажа из работы, чтобы защитить нашу нацию от такого мятежа.

Затем сны Веры используются как инструмент для демонстрации разочарования Чернышевского обществом. Три из четырех снов Веры относятся к подрывным идеям, которые полностью обрисовывают контекст бунта.Первый сон демонстрирует несвободу Веры в обществе. Во сне она заперта в камере, но ее парализует, когда ее выпустят. Эта аналогия паралича и рабства относится к идее, что в сегодняшней России женщины считаются менее равными, чем мужчины. Однако эта аналогия становится поистине подрывной, когда Веру излечивает от неподвижности другая женщина и просит: «Помни, что есть еще многие, которые еще не освобождены и еще не вылечены. Отпустите их. Вылечи их» (Чернышевский, с.130). Этот сон поручает Вере реформировать русское общество, чтобы освободить других женщин, которым повезло меньше, чем ей. Эта мечта вызывает у Веры инициативу по созданию швейного кооператива, в котором прибыль делится поровну без выгоды для владельца. Поэтому, поскольку этот сон демонстрирует Вере способность женщин быть свободными, он может иметь такой же эффект и на читателей, которые хотят утвердить свою независимость в российском обществе. Таким образом, я считаю, что эту мечту следует вычеркнуть из работы, потому что она призывает людей, особенно женщин, освободить себя и других посредством новой экономической политики Запада.Как и следовало ожидать, ее второй сон еще более радикален, чем первый, поскольку в нем раскрывается, что социально-экономические условия, в которых развивается человек, напрямую влияют на его личность. Иными словами, люди, развивающиеся в условиях низкого социально-экономического статуса, с большей вероятностью будут обладать отрицательными чертами, являющимися прямым следствием того общества, в которое они вынуждены войти: «…естественно, что как бы они ни из этих самых элементов могла выйти грязь, они все равно были бы нездоровы и гнили» (Чернышевский, с.181). Таким образом, чтобы изменить черты личности, завещанные низшим классам, должна быть революционная трансформация, чтобы обратить вспять эти манеры, создав одинаково плодородную почву для всех. Продолжая эту мысль, во втором сне Веры утверждается, что революция — единственный способ гарантировать реабилитацию и социальную справедливость низших социально-экономических классов российского общества: «…без движения нет жизни, то есть нет реальности…» ( Чернышевский, с.182). Наконец, четвертый сон Веры, самый радикальный из снов, пожалуй, самый воинственный элемент самого романа. В этой мечте артикулируется будущее России как аграрной утопии. Тот, в котором мужчины и женщины считаются равными, и люди живут в общении друг с другом, так что все могут пожинать одинаковые плоды. Именно здесь Вере советуют использовать свои знания об этом царстве, чтобы создать лучшее общество:

Скажи всем, что будущее будет лучезарным и прекрасным.Любите его, стремитесь к нему, работайте для него, приближайте его, переносите в настоящее столько, сколько сможете из него. В той мере, в какой вам это удастся, ваша жизнь будет светлой и доброй, богатой радостью и наслаждением. Стремись к нему, работай для него, приближай его, переноси в настоящее как можно больше

оттуда. (Чернышевский, стр. 379)

Иными словами, эта цитата прямо говорит о том, что для того, чтобы быть частью этого утопического сообщества, люди должны стремиться к нему изо дня в день, что предполагает изменение нашего нынешнего политического положения и подрывает авторитет царя как абсолютного правителя Россия.Этот сон следует вычеркнуть из работы как слишком зажигательный материал. Подобные темы разрывают представления о государственности в надежде на лучшие, более радикальные институты. Как видите, сны Веры представляют собой проблематичный элемент этого романа, ибо они угрожают самой основе, на которой стоит русское общество.

Более того, последняя глава работы Чернышевского предсказывает формирование революции, происходящей в 1865 году. Последняя глава в подавляющем большинстве расплывчата, что, скорее всего, сделано намеренно, чтобы избежать какой-либо цензуры этой главы.Однако несомненно, что Чернышевский исходит из того, что читатели этого романа, как и общество в целом, будут готовы к восстанию в 1865 году. ошибочно назвать это, безусловно, означало бы революцию идей. Основываясь на выявленном общественном недовольстве работой автора, можно только предположить, что бунт его разума будет вызван массами нового поколения, чтобы установить равенство экономически, политически и для женщин.Другими словами, выгоды от этого действия будут определяться разумным эгоизмом каждого человека, а не волей нашего царя. Таким образом, эту главу следует удалить, поскольку она содержит богохульные материалы, предназначенные для того, чтобы избежать осуждения нашего действующего кодекса цензуры.

Моя последняя редакция этого длинного романа касается реформ в диалогах персонажей. В романе есть несколько случаев, когда я бы посоветовал автору либо убрать монологи, либо пересмотреть их формулировку.Одним из примеров этого может быть речь Марьи Алексевны к ее дочери Вере. В романе Марья приходит в комнату дочери совершенно пьяной, чтобы объяснить Вере причины, по которым она так с ней обращается. В конце своего длинного монолога она констатирует: «…в нем говорится, что, чтобы не жить так, надо все устроить по-другому; теперь никто не может жить иначе. Так почему бы им не поторопиться и не установить новый порядок? (Чернышевский, стр. 59). Эта цитата демонстрирует мнение автора о том, что революция необходима для того, чтобы изменить мораль и личность тех, кто стремится к более богатому образу жизни.Этот аргумент в пользу бунта, чтобы подстегнуть социально-экономические реформы, также является очевидным фактором во втором сне Веры, и, таким образом, логика удаления этого фрагмента проистекает из потребности в последовательности. Любая работа, критикующая российское общество, не подлежит автоматическому удалению, а скорее такие произведения, как эта, предполагают восстание против самодержавия, опасное для самого контекста, в котором мы живем. Далее я хотел бы предложить небольшую перефразировку таких слов, как «новое поколение», «общее дело» и «необыкновенный человек».Любой порядочный российский цензор может признать, что это эвфемизмы, предназначенные для обхода нашей основной системы цензуры. Поэтому я хотел бы попросить автора либо убрать эти слова совсем, либо заменить их на более царские фразы, такие как «глупость молодого поколения», «опасное дело» или «антирусский человек». . Вы должны простить меня, редактор, я указываю это только как фразы, потому что знаю, что ни один серьезный автор не примет такие правки, но в качестве нейтрального момента я предлагаю полностью удалить фразы и предложения, в которых они находятся.

Имея все это в виду, легко понять, почему было бы проще полностью отрицать публикацию этого литературного произведения. Хотя это может быть более простой маршрут, это не значит, что он лучший для этой страны. Вы сказали мне, когда я решил стать цензором,

.

««…вы [должны] основывать свои суждения не только на цензурном кодексе, но и на конкретном стечении обстоятельств, с которыми вы столкнулись, и на ходе событий. Кроме того, вы должны работать таким образом, чтобы у общественности не было оснований делать вывод о том, что правительство преследует культуру» (Jacobson, p.XVII).

Именно по этой причине я решил опубликовать Что делать? с предложенными мной правками. Я не сомневаюсь, что это приведет к революции, о которой ошибочно мечтает Чернышевский. Но, публикуя книгу со всеми ее подрывными элементами, такими как его взгляды на женщин, новое поколение, эгоизм и способы жить хорошей жизнью, он демонстрирует российской публике чувство открытости. В общем, моя работа состоит в том, чтобы «удовлетворять требования правительства, требования писателя и требования моих собственных внутренних чувств» (Джейкобсон, с.45). Поэтому, публикуя это литературное произведение в век расцвета литературы, я не только умиротворяю желание правительства остановить социальные волнения, но одновременно радую писателей, их аудиторию и себя. Должен признаться, почему я не боевик, я стремлюсь развивать Россию. Я хочу помочь объединить страну, и создание видимости открытости между царем и его народом — это первый шаг, который я могу сделать на пути к развитию стабильной Империи. Хотя это может показаться нелогичным, наш последний царь Николай I считался деспотом по отношению к народу, потому что верил в святую троицу: самодержавие, православие и русскость.В эти новые времена нынешнему царю крайне важно избежать этой ловушки. Я не утверждаю, что он должен изменить Империю, но он должен, по крайней мере, отделить себя от тех, кого массы считают деспотом. Позволение полупроникающей литературе присутствовать в обществе может быть способом утолить жажду масс. Если мы дадим им понять, что грядут реформы и что у них есть права, я чувствую, что они будут удовлетворены, и это положит конец необходимости революции в этой стране. Поэтому, доктор Норрис, я смиренно предлагаю вам передать эту чрезмерно длинную и повторяющуюся книгу с правками массам, чтобы они могли насладиться этой «свободой грамотности» при нашем более добром и мягком царе.

Ваш,

Николь Пульизи

 

 

Зак Логсдон — старший специалист по истории.

Николь Пульизи учится на младшем курсе истории.

 

 

Примечания

[1] Радд, Чарльз А. Боевые слова: имперская цензура и русская пресса, 1804-1906 . Торонто: University of Toronto Press, 1982. Стр. 138

[2] Чернышевского с. 301

[3] Чернышевского с.291

[4] Чернышевского с. 281

[5] Чернышевского с. 280

[6] Красноперка с. 100

[7] Чернышевского с. 373

[8] Там же, с. 143

[9] Вагнер, найденный у Чернышевского с. 156

[10] Чернышевского с. 156

[11] Вагнер, найденный у Чернышевского с. 156

[12] Вагнер, найденный у Чернышевского с. 156

[13] Чернышевского с. 164

[14] Красноперка с. 108

[15] Красноперка с.108

Достоевский против Чернышевского | Очерки молодого филолога

Когда во второй половине девятнадцатого века началась эпоха романтизма, Достоевский написал свой роман «Бесы » (также называемый «Бесы») как комическое изображение некоторых радикальных идей, которые начали возникать. в российской интеллектуальной и политической жизни. Во время правления царя Александра II возникло несколько новых философских идей, которые начали влиять на россиян всех социальных классов и уровней образования.Распространение нигилизма, начатое Иваном Тургеневым, спровоцировало подъем интеллигенции, чтобы изменить политическую схему России, разрушив традиционные русские законы и институты. В конечном итоге это привело к народническому движению, которое стремилось спровоцировать местное население России на свержение статус-кво. Именно в этой напряженной обстановке Достоевский пишет эту книгу. Кроме того, другой писатель по имени Николай Чернышевский написал неоднозначную книгу под названием «». Что делать? № , который якобы предлагал русским новый образ жизни помимо царей.Подтекст его книги предполагал революцию и стремился смягчить давление реформ Александра II, а также давление западного влияния и многое другое. Достоевский стремился противостоять этим радикальным идеологиям в этой книге, и поэтому в этом эссе будет рассмотрено, как Достоевский отреагировал на «» Чернышевского «Что делать». Ввиду преобладания в повести нигилизма, в центре внимания должна быть реакция Достоевского на нигилизм.

Прежде всего следует отметить, что Достоевский выступал против левого радикализма и его стремления подорвать статус-кво.Он выступает против идеологий тех, кто стремится в рамках этого романа подорвать российское общество и Русскую православную церковь. Его осуждение идеологий Чернышевского начинается с осуждения нигилизма. Нигилизм — это идея, которая повелевает разрушить устоявшийся общественный порядок, статус-кво. Это, безусловно, включало бы царей, а также по существу феодальную систему России. Надо отметить, что Чернышевский был за то, чтобы разрушить статус-кво и установить на его место социализм; это иллюстрируется его изображением швейной мастерской Веры и ее «сотрудников».Атака Достоевского на нигилизм проявляется в изображении некоторых главных персонажей. Маленький городок, в котором происходит действие, описывается как «рассадник нигилизма, распутства и безбожия» (26). Один из главных наших персонажей, г. Степан Трофимович, описан как человек, «исполняющий высокий долг распространения идей» (26). Его лепет о «либеральной болтовне» изобилует крамольным материалом. Он говорит о «России и о «русском духе», о Боге вообще и о «русском Боге» в частности» (27).Все эти идеи — основы нигилизма, но лучший пример — несколько поэтических строк, которые Трофимович неоднократно повторяет про себя: «Мужик с топором идет, Что-то страшное будет» (27). Это мысль о том, чтобы выкорчевать общественный строй, крестьянскую толпу, восставшую на свержение царей. Эта мысль повторяется на следующей странице, где Липутин говорит о восстании крепостных и убийстве своих господ. Более того, он верит в то, что Бог присутствует в нем самом. Такие идеи пронизывают всю книгу.Это нигилизм в лучшем виде. Следует также заметить, что Достоевский не только упоминает такие идеологии в своей книге, но делает это в унизительной форме. Поведение и поступки Трофимовича вовсе не героичны и изображены в довольно подлом свете. Его характер в лучшем случае брезглив и труслив, а его привычка распространять нигилистические идеалы изображается так же, как обычно изображаются сплетники. Такова атака Достоевского на нигилизм и Чернышевского.

Нравится:

Нравится Загрузка…

Николай Чернышевский промежуточный пункт, Томск | Культура России в достопримечательностях

Это сооружение в Томске практически не выделяется на фоне других. Хотя часто возникают неразрешимые проблемы, связанные с сохранением старых деревянных домов, жители этого великого города лучше других сдерживают неумолимое движение времени и разрушения. Таким образом, никто не стал бы останавливаться и думать об этом слегка обветшавшем, не особенно декоративном старом здании на бывшей окраине Томска.Однако благодаря большому путеводителю ( Томск. Иллюстрированный путеводитель даиджест ) я знаю, что русскому критику, философу, экономисту, писателю и общественно-политическому деятелю Николаю Чернышевскому довелось провести в этой обители около 90 минут в 1864 году. Почему всего 90 минут? Потому что его переводили из Европейской России в 19-летнюю ссылку в Сибирь, и Томск был одной из важнейших остановок на этом пути. Это здание, теперь имеющее адрес ул. Пушкина, 21, было старой почтовой станцией, где путешественники, включая заключенных, ненадолго останавливались (или останавливались) по любым необходимым причинам.Я не знаю этого точно, но могу себе представить, что это был пункт регистрации, где те, кому доверено сопровождать важного политзаключенного, подавали отчет о том, что они завершили один этап своего путешествия и готовы отправиться в путь. следующий.

Чернышевский занимает теперь довольно странное место в истории русской литературы. Он был одним из любимых писателей Ленина и его романа-утопии Что делать? оказал большое влияние на этого политического мыслителя и активиста.Я читал роман (на английском языке) еще тогда, когда еще самостоятельно занимался русской литературой; до того, как я вернулся в школу, а затем в аспирантуру, чтобы сделать это со всеми необходимыми инструкциями, дипломами и всем остальным. Должен сказать, что, прочитав Толстого, Достоевского, Гоголя, Чехова, Тургенева и других, я не был особенно впечатлен, когда нашел свой путь к Что делать? На самом деле, это довольно грустная книга. Я думаю, что могу назвать это первым русским романом, который я прочитал и который мне не понравился.До этого для меня это было чем-то вроде поездки на ковре-самолете. Как и многие романы философов-политиков, « Что делать?»  написан с определенной целью, чтобы высказать политические соображения и продвигать определенную точку зрения (в данном случае либеральную, даже радикальную точку зрения на свободу). Как бы ни хотелось аплодировать автору за его точку зрения, жесткая, деревянная природа романа не позволяет аплодисментам длиться долго. А еще есть клеймо Ленина, назвавшего это одним из самых важных произведений русского XIX века… Как бы то ни было, вот что Фрэнсис Б.Рэндалл должен сказать о Чернышевском в биографической статье в превосходном Справочнике русской литературы Виктора Терраса : «Больше, чем кто-либо, [Чернышевский] сформулировал идеалы и цели молодых радикалов, вызвал к жизни «поколение 1860-х годов», и одновременно выражал их стремления и вел их дальше вплоть до его длительной ссылки в Сибирь в 1864 году». Таким образом, это голубое здание свидетельствует о том моменте времени, когда значительное влияние Чернышевского из активной силы превратилось в силу, действовавшую на историческом уровне.Ниже снимок здания, сделанный со двора, где, возможно, подъехали бы лошади и кареты конвоя с Чернышевским на буксире. Может быть, он даже поднялся по одной из этих лестниц и прошел через одну из этих дверей. Теперь мы никогда не узнаем. На этом здании нет следов небольшого исторического события, которое здесь произошло.

 

 

Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

Коллекции Блумсбери — Маркс и Россия

Маркса «Критика политической экономии»

История марксизма в России начинается с самого Маркса.В начале 1870-х годов Маркс начал интенсивную изучение России, ее экономики и общества, что побудило его изменить свои концепции в свете того, что он обнаружил. Одновременно, понять экономические процессы, происходившие в их стране после освобождения крепостных крестьян в 1861 г., русские начал интересоваться Марксом и его экономическими учениями. Именно эта взаимосвязь дает представление о том, как в мысли Маркса в последние годы его жизни и направление развития марксизма в России.

Что побудило Маркса заняться изучением России? Это связано с тем, как он намеревался последовать за публикацией первого тома «Капитала» в 1867 году. Маркс предполагалось, что «Капитал» будет состоять из трех томов, которые станут частью более обширный труд под названием «Критика политической экономии». В первом томе Маркс описал производственный процесс. капитала, как товары возникли и были обменены. Третий том, который уже существовал в черновом варианте, касался различные способы получения дохода от капитала, такие как прибыль, рента и тому подобное.Маркс оставил написание второй том к последнему, чтобы он идеально помещался между первым и третьим томами, поэтому что все три образуют непрерывную последовательность. Этот второй том будет посвящен тому, как капитал обращался и воспроизводился. сам.

Из набросков и набросков Маркса видно, какое значение имеет предмет обращения. был аргументом, который выдвинул бы Das Kapital. Ибо в своем обращении капитал делает две важные вещи.Во-первых, она постоянно расширяется вовне, захватывая все новые и новые области под свое влияние. Другое действие обращения капитала — это то, что Маркс называл «подведением под себя». то есть делать сферы, в которых она функционирует, все более и более капиталистическими, так что в конце концов все становится капиталистическим товаром. Конечным результатом было бы превращение капитализма в «универсальную» систему, чтобы она распространиться по всему миру и заменить все прежние формы экономической организации.

В этой схеме вещей было и философское измерение, вот почему «Капитал» — такая сложная работа.Маркс структурировал свое изложение капиталистической системы. по аналогии с компоновкой Гегеля Наука логики. Здесь Гегель намеревается показать, что Абсолютная идея, знание, то, что изобретатель хотел бы получить от своей машины, достигается не путем непосредственного общения с природой, как утверждала господствовавшая в то время философская школа Шеллинга, а путем сознательного рассуждения с использованием понятий. Он излагал свои доводы таким образом, чтобы убедить своих современников, хотя современные читатели его работа может не оценить способ аргументации Гегеля.В центре логики Гегеля есть Понятие (Begriff), сущность, столь презираемая современниками Гегеля как символ медлительной посредственности, и это то, что движется от самого рудиментарного осознания к абсолютному знанию. Маршрут Понятие принимает то, что связывает воедино в непрерывной последовательности все философские концепции или «категории». Гегеля, такие как силлогизм, количество, качество, мера и так далее. Концепция Гегеля движется своеобразным пути: он проходит через фазы Всеобщности (фаза абстракции), Особенности (фаза конкретности) и Индивидуальность (фаза конкретной Всеобщности).Гегель называет циклическое движение понятия через три его фазы. «диалектика» или «логика».

«Критика политической экономии» Маркса должна была быть построена в подобным образом, хотя в этом случае связанные категории были бы не философскими, а экономическими. Прогресс был бы от самой зачаточной категории капитализма, товара, к самой сложной его категории, мировому рынку. Он бы показал, что «тенденция к созданию мирового рынка прямо дана в самом понятии капитала» (Маркс 1973: 408).Наброски Маркса показывают, что он сгруппировал явления капитализма под рубриками Универсальности, Особенность и индивидуальность. Так он обозначил фазы, через которые проходит товар в своем обращении, так что цикл Деньги-Товар-Деньги (Д-Т-Д) обозначался как Всеобщность, Особенность и Индивидуальность (В-П-И) (Маркс 1970: 94). Таким же образом обозначались и три тома «Капитала», так что у Маркса системы, как и у Гегеля, каждая часть системы тождественна системе в целом.

Но почему капиталистическая экономика должна подражать Логике Гегеля? Что имеет в виду Маркс? Он думает, что система философии Гегеля до определенного момента верна, но она полностью основана на на абстракциях. Система, которую Гегель видит в философии, есть в действительности система капиталистического хозяйства, но Гегель рассматривает в искаженном или «отраженном» виде, потому что его точка зрения есть точка зрения индивидуума в буржуазном обществе. Но если принять точку зрения коллективности человечества, то можно оценить иллюзии, которые индивидуализм капиталистического общество создает то, что они есть (Маркс 1976: 102).Если бы она была завершена, «Критика политической экономии» Маркса сделала бы все свои аргументы явный.

3

Хотя он точно знал, что должен был сказать во втором томе, и хотя уже набросав это в предварительных набросках, Маркс так и не смог закончить решающий второй том «Капитала». И, следовательно, он не смог завершить задуманную им «Критику политической экономии». Что пошло не так?

Загвоздка, с которой столкнулся Маркс, возникла как раз в то время, когда он работал над окончательным проект первого тома «Капитала».Когда он искал доказательства того, что циркуляция а расширенное воспроизводство капитала поглотило более ранние типы общественно-экономических формаций, его не было. На напротив, были многочисленные примеры традиционных сельских общин, выживавших в капиталистической среде и, по иронии судьбы, достаточно, один из них был недалеко от его родного города Трира в Германии. В марте 1868 г. в письме к Энгельсу Маркс проклинал себя за «судебную слепоту», которая мешала ему видеть очевидное; он был слишком увлечен структурой своей системы, чтобы замечать реальную ситуацию на местах.Но если бы Маркс получил свою экономическую теорию неправильно, его гегелевская структура больше не подходила. Это подразумевается в письме к Энгельсу, где Маркс делает ссылку к терминам Универсальное и Частное:

 

Но что сказал бы Гегель, если бы в загробном мире он узнал, что всеобщее [Allgemeine] в древненемецком и древнескандинавском означает не что иное, как общую землю, а частное [Sundre, Besondere] не что иное, как отдельная собственность, отделенная от общей земли? Так что логические категории, в конце концов, чертовски хороши из «нашего общения».

 
  (Маркс и Энгельс 1987а: 558)

Начиная с 1868 г., эти и другие гегелевские термины, ранее пронизывавшие у Маркса сочинения перестают появляться.

Приведенный выше отрывок важен не только как отрывок, в котором Маркс отказывается от гегелевские основы «Капитала», но также и за понимание того, что Маркс имел в виду под ‘материализм’. Это содержится в наблюдении, что: «Приходят логические категории… из «нашего общения»», что является отсылкой к книге Людвига Фейербаха. аргумент, что логические абстракции не имеют независимого существования, что они являются продуктом отношений между людьми в обществе. В этом случае Маркс подразумевает, что термины «всеобщее» и «частное» могут быть сведены к повседневным практикам. жизнь.

По сравнению с предыдущими черновиками первый том Das «Капитал» показывает, что Маркс уже в какой-то степени удалил упоминания о действии капитала, чтобы «поглотить» его. более ранние формы экономической организации.’Глава 6», в котором «подчинение» было упомянуто в каком-то длина отброшена. Вместо второго тома в 1872 году Маркс опубликовал второе издание первого тома, на этот раз удаление большей части — но не всей — философской лексики. Во французском переводе, опубликованном между 1872 г. а в 1875 г. он не только удалил всю гегелевскую терминологию, но и переписал существенные ее части, вставив отрывки чтобы было понятно, что 4capital не обязательно влекло за собой все, или что экономическое развитие обязательно было однонаправленным.Маркс проиллюстрировал возможность обратного развития на примере Северной Италии конца XV ​​века, где эмансипированные крестьяне хлынули в города, но из-за недостатка промышленности, чтобы поглотить их, они вернулись в деревню, где зарабатывали на жизнь мелким земледелием (Маркс 1872: 315).

Чтобы указать, что любая оставшаяся гегелевская терминология во втором немецком издании «Капитал» не выдвигал аргумента, а был лишь способом выражения, заявил Маркс. в постскриптуме, что, в отличие от пренебрежительного отношения к Гегелю в современных ему интеллектуальных кругах, он «открыто признавал себя учеником великого мыслителя и даже кое-где в главе о теории стоимости кокетничал с свойственный ему способ выражения» (Маркс 1976: 102–3).Декларация не появилась во французском издании Das Kapital, поскольку там это уже не применялось.

Безусловно, Маркс сделал гораздо больше, чем «кокетничал» с Гегелем. форма выражения, и влияние Гегеля вышло далеко за пределы первой главы Das Капитал. Таким образом, эти комментарии были не заявлением о долге Маркса перед Гегелем в прошлом, а о том, как Маркс хотел, чтобы этот долг понимался в будущем, т. е. не как существенная часть его системы, а как форма выражения.

В течение 1870-х годов Маркс неоднократно возвращался к своей рукописи второго тома, показывая что он не совсем потерял надежду завершить его. Именно в связи с его исследованиями обращения капитала и каковы его последствия для традиционных аграрных общин, что Маркс взялся за изучение России. Для целей Маркса не могло быть лучшего предмета для изучения, чем Россия. Страна переживала один из самых глубоких и далеко идущих изменения в его истории.Поражение России в Крымской войне было подчеркнул, что для того, чтобы конкурировать с западными державами в военном отношении, ему придется модернизировать свою ослабевающую экономику и социальную сферу. учреждения. Реформа, от которой зависели все остальные, должна была положить конец крепостному праву. Ничего нельзя было сделать для реформирования армии, системы образования или правосудия до тех пор, пока двадцать два миллиона населения России оставались за пределами контроль государства, как частная собственность землевладельцев. Освобождение крепостных крестьян в 1861 году было первым из ряд реформ, в ходе которых вооруженные силы России, ее правовая и образовательная система были приведены в большее соответствие с соответствующие институты в Западной Европе.Освобождение крепостных крестьян было первым пробным шагом к движению русской экономики в направлении западной рыночной экономики.

К середине XIX века русское правительство могло опираться на значительные Опыт освобождения крепостных в Империи. Между 1817 и 51819 годами в Прибалтике были освобождены крепостные крестьяне. провинции Эстляндия, Лифляндия и Курляндия. Это был не акт великодушия со стороны немецких помещиков, а средство избегание улучшения условий аренды земли крестьянам, Александр I бы наложил.В глазах прибалтийской аристократии царские постановления ущемляли бы их право собственности на землю. Освобождение крепостных было средство для защиты этой собственности, и, следовательно, крепостные были освобождены без земли. Не имея других средств для поддержки сами крестьяне были вынуждены работать на своих бывших работодателей, часто на худших условиях, чем раньше. Их отчаяние вспыхнули восстания 1850-х гг. Когда помещики соседней литовской Ковенской губернии обратились к правительству с ходатайством освободить своих крепостных без земли, Александр II дал понять, что освобождение, о котором он думал, должно было предоставить наделы земли освобожденным крестьянам.

Как и в прибалтийских губерниях, большинство помещиков русской глубинки, особенно плодородного южного «черноземного» региона, были полны решимости цепляться за свою абсолютную собственность на землю, и этот принцип был воплощен в соответствующем законодательстве 1861 г. Им компенсировали землю, уступленную их крестьян за счет аванса от правительства, который со временем будет возвращен крестьянами. Кроме того, отмена крепостного права будет осуществляться не сразу, а поэтапно в течение девяти лет, в течение которых крестьяне будут «временно обязаны» и до сих пор выполняют свои привычные услуги помещику, будь то трудовая повинность (барщина) или оплата деньгами или натурой (оброк).Часто наделы крестьяне, полученные по законодательству 1861 г., были меньше, чем те, которые они прежде арендовали у помещика, поскольку последнему разрешалось «отрезать» наделы крестьянской земли, чтобы его имение было хотя бы треть прежнего размера. Хотя реформа 1961 года дала русским крестьянам личную свободу, условия, ограничения и платежи, которыми это было застраховано, вызвали всеобщее недовольство, многие считали, что это не было их настоящим освобождением; что настоящий был еще впереди.

Чего русское правительство хотело избежать во что бы то ни стало, так это формирования пролетариата, класс безродных рабочих, которые будут бродить по стране, создавая беспорядки, угрожающие существующему общественному порядку. Они видели разрушительную силу пролетариата в восстаниях, охвативших страны Западной Европы. в 1848 г., и российские власти были полны решимости сделать все возможное, чтобы этого избежать. Освобождение крестьян с земля была одним из методов, который российское правительство использовало для поддержания социальной стабильности.Еще одной мерой такого рода было поддержание крестьянской общины. Земля давалась не отдельным крестьянам и даже не крестьянским семьям, а общине.

6

В период до освобождения крепостных крестьянская община стал предметом оживленного общественного обсуждения. Инициатором этого стала книга о России, написанная немецким ученым Август фон Гакстхаузен. Гакстхаузен был сторонником романтического движения в Германии.Он выразил сожаление по поводу унылого однообразия общество, которое оставила за собой французская революция, и выглядело средневековью за общественным идеалом. Как и его друзья братья Гримм, Гакстхаузен собирал народные сказки и народные песни, считая, что крестьяне были носителями национальной культуры а не образованная столичная элита. Его первой публикацией было исследование деревенской жизни в двух северогерманских провинциях. за что он был удостоен звания тайного советника прусским королем, а также получил задание провести аналогичное исследование. провинций прусской монархии.Именно во время работы над этим исследованием Гакстхаузен получил приглашение от царю Николаю I совершить путешествие по России и написать отчет о стране и ее людях (Haxthausen 1972: 17–21).

Книга, которую Гакстгаузен выпустил в конце своего путешествия по России, имеет много общие с его исследованиями северогерманских и прусских провинций. Гакстгаузен уделял особое внимание русскому крестьянину. коммуне, потому что он был знаком с подобным учреждением в Германии.Он признал автономию крестьянских общин. и самоуправление, и что их практика перераспределения земли, находящейся в их распоряжении, предотвратила появление неравенства среди семей, которые их составляли. Как и в своих исследованиях немецких деревенских общин, Гакстхаузен подчеркивал роль Русская крестьянская община в поддержании социальной стабильности и ограждении России от разъедающего влияния социалистической доктрины, которые так поразили Западную Европу. Он смог заявить, что Россия невосприимчива к такого рода социалистической агитации. потому что «утопия европейских революционеров уже существует, полностью воплощенная в жизни народа». (Гакстхаузен 1972: 10).Книга Гакстгаузена, получившая одобрение российских властей, оказала влияние на освободительное законодательство. в 1861 г.

Среди русской интеллигенции крестьянская община приобрела идейное значение. Она была помещена в рамки современной немецкой философии, за каждым развитием которой, как заметил Гакстгаузен, следили с большим интересом к России. К течению, называемому «славянофилами», некоторые члены которого Гакстгаузен встречались в Москва (Гакстхаузен 1972: 226), коммуна наполняла Россию духом товарищества и сотрудничества, которого совершенно не было в индивидуалистической и эгоистичных обществ Западной Европы.

В 1840-е годы русский либерал Александр Герцен, в компании с лагерем «западников», придавал слишком большое значение индивидуализму, чтобы согласиться со славянофилами о превосходстве России в этом отношении над Западом. Один раз Однако в эмиграции в Париже и разочарованный провалом революции 1848 года идеи Герцена стали меняться. в направлении более родственном славянофильскому мышлению. Теперь он рассматривал Западную Европу в том же свете, что и славянофилы. – как мир прошлого, ныне страдающий тленом и дряхлостью.Россию, с другой стороны, он считал воплощением молодости и бодрости. Если европейское общество было ослаблено мелкобуржуазным индивидуализмом, то русское общество, основанное на крестьянская община, была единой и цельной, так что коммунизм был естественным состоянием русского народа. Это было с За Россией, Герцен считал, будущее.

Герцен выразил эти идеи в серии статей на французском языке между 1849 и 1850 годами. В статье «Русский народ и социализм» он особо выделял противопоставление России и Европы. вызывающий способ.Он задал вопрос:

 

Хватит ли старушке Европе сил влить в свои жилы новую кровь и броситься сломя голову в бескрайнее будущее, в которое его несет непреодолимая сила над развалинами его предков. дом, осколки прошлых цивилизаций и растоптанные сокровища современной культуры? …Среди этого хаоса… мира, обратившегося в прах у подножия колыбели будущего, взоры людей невольно обращаются на Восток.

 
  (Герцен 1956: 472–3)

Под «Востоком» Герцен имел в виду, конечно, Россию, и он продолжал уточнять о социальной солидарности русской крестьянской общины, которая, как он заметил, потребовала от прусского ученого Гакстгаузена доводить до всеобщего сведения (Герцен 1956: 498).

Маркс пренебрежительно относился к Герцену. концепции «русского социализма» по ряду причин. Одной из них была антипатия Молодых гегельянцев к романтической школе, к которой принадлежал Гакстхаузен, антипатию, которую разделял Маркс.Маркс считал, что Гакстхаузен был обманут российскими властями. В письме к Энгельсу, написанном в октябре 1858 г., Маркс заметил, что когда начинается революционное движение развиваться в России, «у нас будет доказательство того, до какой степени достопочтенный тайный советник Гакстгаузен самому быть одураченным «начальством» и крестьянами эти авторитеты обучили» (Маркс и Энгельс 1983: 346). К тому же у Маркса была личная антипатия к Герцену, а тем более к герценовским друг и соратник, анархист Михаил Бакунин.И конечно идея особого рода русского социализма противоречила марксову пониманию социализма как всеобщего, в мировом масштабе.

В своей книге «К критике политического «Экономия», опубликованная в 1859 г., Маркс заметил, явно имея в виду Герцена, что:

 

Согласно что форма общественной собственности, восходящая к природе, есть специфически славянское, а то и исключительно русское явление.Это ранняя форма, которую можно найти у римлян, тевтонов и кельтов. и из которых целая коллекция разнообразных узоров … все еще существует в Индии.

 
  (Маркс 1970: 33)

Гораздо более резкое опровержение герценовской концепции «русского социализма» появляется в Постскриптуме к первый том Das Kapital, опубликованный в 1867 году. Это был:

 

Если на континенте Европы продолжает развиваться влияние капиталистического производства как это делалось до сих пор, ослабляя человеческий род непосильным трудом, разделением труда, подчинение машинам, калечение женщин и детей, осквернение жизни и т. д., рука об руку с конкуренцией в размерах национальных армий, государственных долгов, налогов, изощренных методов ведения войны и т. д., затем омоложение Европы путем кнутом и обязательным вливанием калмыцкой крови, столь усердно пророчествующим полурусским и сплошным москвичом Герценом, может стать неизбежным. (Этот беллетрист, между прочим, отмечал, что он сделал свои открытия о «русском» коммунизме, не в России, а в работе прусского тайного советника Гакстхаузена).

 
  (Маркс 1867: 763)

Этот отрывок был написан в то время, когда Маркс был уверен, что схема капиталистического развитие, которое он предвидел в своих проектах, могло быть подтверждено доказательствами.Его осознание к следующему году, что традиционное аграрное общество не могло так легко поддаться нашествиям капитализма, что заставило Маркса пересмотреть свое отношение к концепции Герцена, если не самому Герцену. Соответственно, едкие замечания о «русском языке» Герцена социализм» были удалены из издания 1872 года, а также из всех последующих изданий Das Капитал.

дебаты о крестьянской общине

Реформа 1861 г. во многом стимулировала дискуссию о происхождении и природе русской крестьянская община.Российский историк В. А. Александров указывал что если до 1850 г. в России о крестьянской общине было издано всего четыре произведения, то между 1856 и 1860 гг. численность возросла до 99, а к 1880 г. достигла 546 (Александров 1976: 3).

Именно либеральный мыслитель Б. Н. Чичерин, инициировавший значительную дискуссию вокруг крестьянской общины во второй половине 1850-х гг. В 1856 г. опубликовал статью «Обзор истории развития аграрной общины в России». в журнале западников «Русский вестник», оспаривавшем толкование крестьянской общины Гакстгаузеном, славянофилами и Герценом, все полагали, что коммуна в России есть пережиток древнего общественного строя.

Статья

Чичерина полностью подорвала это предположение. Из архива документов он обнаружил, что в средневековой России крестьяне владели землей, продавали ее, завещали наследникам и дарили монастырям, все как индивидуальная частная собственность. Это привело его к выводу, что процесс эволюции имел место которой первоначальная патриархальная или родовая община развилась в современный тип с общей собственностью на землю и периодической передел.

С XV века в России стали развиваться понятия о государстве, и эти новые принципы вызвали изменения в коммуне. Он был преобразован из владетельского учреждения в поместье. (сословие) и государственное, имеющее обязательства не только перед помещиком, но и перед правительство. Между пятнадцатым и семнадцатым веками произошли изменения, облегчившие выполнение эти обязательства. Одним из таких изменений было присоединение крестьян к земле для удовлетворения возражений, выдвигаемых коммунами. что многие из их членов ушли, что увеличило налоговое бремя для тех, кто остался.

Кульминацией этого процесса явилась петровская подушная подать, которая была введена в 1722 г. Именно этот налог, по мнению Чичерина, сформировал современную крестьянскую общину и придал ей характерные черты. Особенности. Поскольку налог ложился на отдельных лиц, из этого следовало, что каждый должен получить определенную часть земли, чтобы иметь возможность ему собрать достаточно денег, чтобы заплатить его. А так как налоговое бремя было одинаковым для всех, то было разумным, чтобы часть полученных земель также должно быть равным.Так как, кроме того, любое увеличение населения могло привести к неравенству, переделу были обязаны восстановить паритет земельных владений.

В том же году, когда появилась его статья, Чичерин также опубликовал свои выводы в Книжная форма под заглавием «Региональные учреждения в России в XVII веке». И. Д. Беляев ответил Чичерину в славянофильском журнале «Русская». Беседа (русская беседа). По мнению Беляева, коммуна не была создана правительством, а возник из образа жизни русского народа; правительство лишь использовало «то, что уже существовало в нравы и обычаи народа».Как и Чичерин, Беляев тоже опубликовал свои взгляды в виде книги; его «Крестьяне в России» появились в 1860 г. (White 1996: 217–220).

Если и был спор о происхождении крестьянской общины, то был большой дело больше единодушия в отношении своего будущего. К тому времени, когда велись дебаты о коммуне, было общепризнано, что учреждение не было сугубо русским и что оно когда-то существовало в странах Западной Европы. Он сохранился в России. только за счет социальной и экономической отсталости этой страны.Подразумевалось, что если Россия последует экономического развития Запада, то коммуна должна неизбежно исчезнуть. Крестьянскую реформу 1861 г. Славянофилам и западникам следует сделать существенный шаг в этом направлении.

10

Единственный в то время в России видный писатель, выдвинувший точку зрения, что крестьянин коммуне не суждено было распасться, был Н. Г. Чернышевский. Последователь Фейербаха, находившийся под сильным влиянием немецкой философии, Чернышевский рассуждал о будущем крестьянской общины в статье «Критика философских предрассудков». против общинной собственности», изданной в 1858 г.В нем он поставил под сомнение широко распространенное мнение о том, что общинное землевладение в ходе исторического развития неизбежно должна уступить место частной собственности на землю.

Согласно Чернышевскому, вывод ортодоксальных экономистов состоял в том, что так как общинная собственность была примитивной формой аграрных отношений, а частная — более развитой, то есть все основания предпочесть частную собственность общей. Это была логичная позиция, которая подразумевала, что попытка сохранить крестьянская община бросит вызов прогрессу и естественному ходу исторического развития.

Аргумент Чернышевского в защиту коммуны состоял в том, что исторический развитие было не таким простым, как считали ортодоксальные экономисты. Новейшая немецкая философия Шеллинга и Гегеля открыла что во всех сферах существования всеобщей закономерностью развития было возвращение к исходной точке. Чернышевский заявил:

 

Мы не последователи Гегеля и тем более Шеллинга.Но мы признаем, что оба эти системы оказали большую услугу науке по открытию универсальных закономерностей развития. Основной результат эти открытия выражены в следующей аксиоме: «В отношении формы высшая ступень развития подобна к первоначальному, тому, что было его отправной точкой».

 
  (Чернышевский 1950: 362)

В этом суть системы Шеллинга; это было сделано более точным и подробным по Гегелю.

Установив общий принцип, Чернышевский мог теперь утверждать, что частное собственность была не высшей, а лишь промежуточной ступенью в развитии отношений собственности. Высшая форма землевладение было бы отрицанием частной собственности, возвратом к общинному типу. Были все основания сохранить крестьянской общины, следовательно, вместо того, чтобы приветствовать ее распад, потому что он мог вызвать непосредственный переход к высшей форме собственности.Как социалист Чернышевский видел в коммуне средство достижения социализма. без необходимости проходить через капиталистическую стадию. Эта цель обусловила его подход к экономическим вопросам вообще.

Крупнейшим трудом Чернышевского в области экономической теории был его перевод и комментарии к «Принципам политической экономии» Джона Стюарта Милля. Первоначально это было опубликовано в журнале «Современник». (Современник) в 1860 г., но появился в 1869 и 1870 гг. как тома III и IV издания сочинений Чернышевского. опубликовано в Женеве.Работа состояла из двух частей: (1) перевод первой книги трактата Милля с «дополнениями и примечаниями» Чернышевского и (2) «Исследования по политической экономии (по Миллю)», которое представляло собой краткое изложение второй, третьей, четвертой и пятой Книг работы Милля с комментариями Чернышевского.

По словам Чернышевского, целью этого объемистого труда было дать молодое поколение с надежным источником, из которого можно узнать об Адаме Система Смита.Он считал Милля самым ярким представителем смитовской школы и человеком, от которого многое зависит. можно было бы узнать. Но в то же время Чернышевский не мог принять индивидуалистических предпосылок, на которых основывались классические политические взгляды. была основана на экономике, настолько, что он счел необходимым не только излагать идеи Милля, но и спорить с некоторые из наиболее фундаментальных из них.

Таким образом, Чернышевский смог использовать принципы Милля двояко. Он был в состоянии принять и усилить критику Миллем капиталистической системы и использовать ее как платформу для своего собственного социалистического идеи.С другой стороны, четкое и всестороннее изложение Миллем классической политической экономии может быть использовано Чернышевского как отправная точка для демонстрации присущей системе иррациональности и бесчеловечности.

Чернышевский неоднократно подчеркивал разницу в подходе к экономике между Милль и он сам. Дело в том, что если Милль стоял на точке зрения экономического индивидуализма, то Чернышевский стоял на точки зрения общества или человечества. По мнению Чернышевского: «Наука рассматривает все предметы с точки зрения с точки зрения человечества или общества, и когда он говорит о пользе, он, конечно, должен иметь в виду пользу общества, если нет делается явная оговорка, ограничивающая смысл слова» (Чернышевский 1949: 155).Как общественная наука, Чернышевский считал, политическая экономия не могла сделать ничего другого, кроме как взять общество в качестве своего предмета.

Русскому обществу, считал Чернышевский, выгодно избегать пролетаризация крестьянства. По этой причине он выступал за то, чтобы они были должным образом обеспечены землей и чтобы коммуна должна быть сохранена. В своем комментарии к «Принципам Милля» он упомянул к опубликованным им ранее статьям, написанным в защиту общинной собственности.Он считал удачей, что институт сохранилась в России и что она будет продолжать существовать, если не «вопреки всякой нужде и здравому смыслу, попытаться уничтожить его». Коммуну, по его мнению, следует сохранить и улучшить, чтобы устранить ее недостатки (Чернышевский 1949: 403).

В статьях, написанных до 1861 г., Чернышевский приводил доводы в пользу низкой ставки выкупной платы за крестьянские наделы и даже за выкуп, который платили бы все группы общества, так как все выиграет от освобождения крестьянства.Поэтому он был горько разочарован фактическими положениями устава 1861 года. В 1862 году он написал открытое письмо Александру II под названием «Письма без адреса» с критикой реформы 1861 г. Это было опубликовано только в 1874 году, через восемь лет после того, как Чернышевский сослан в Сибирь, осужден по сомнительным признакам подрывной деятельности [Конюшая 1948: 3–17].

Маркс впервые узнал о Чернышевского в 1867 г. через А. А. Серно-Соловевича, сподвижника жизни Чернышевского в эмиграции в Женеве.Первоначально для того, чтобы читать экономические сочинения Чернышевского. что Маркс начал учить русский язык в начале 1870 года. К январю следующего года он мог читать на нем довольно бегло.

Комментарии Маркса к эссе «Критика философских предрассудков» против общинной собственности» регистрируют его соглашение с Чернышевским. Все этапы рассуждения Чернышевского были подчеркнуты, как и «аксиома», на которой основывался аргумент, а именно: «Что касается формы, то чем выше стадия развития аналогична начальной, той, которая была ее отправной точкой».Это подчеркивал Маркс в двух случаях это произошло в тексте. Он также с одобрением отмечал квалификацию Чернышевского: «Конечно, при сходстве обеих форм содержание в конце неизмеримо богаче и выше, чем в начале» (Николаевский 1929: 391).

Маркс прочитал комментарий Чернышевского к «Принципам Милля». Политэкономии с одинаковой тщательностью, и здесь идеи Чернышевского совпадают с идеями Маркса. комментарий на Милля была критика классической политической экономии с точки зрения «общества» или «человечества». кроме того, «общество» мыслилось в конкретной форме крестьянской общины, что Маркс недавно усыновленный.

Показательно, что в таком обширном труде примечания Маркса показывают относительно несколько пунктов несогласия с Чернышевским. Более того, большинство из них касалось фактических деталей, как, например, когда Чернышевский утверждал, что Милль был первым английским экономистом, который занялся вопросом мелкого крестьянства. собственность. Здесь Маркс заметил: «Это ошибка». Маркс также подвергал сомнению мнение Чернышевского о том, что Очерк экономической истории Милля был написан мастерски (Чернышевский 1937: ХХ).

Маркс известил о своем высоком уважении к Чернышевскому в Постскриптуме ко второму издание Das Kapital, где он заметил:

 

Континентальная революция 1848 года отразилась и в Англии. Мужчины, которые все еще утверждали некоторые научные авторитеты и стремились быть чем-то большим, чем простые софисты и подхалимы господствующих классов, пытавшиеся согласовать политическую экономию капитала с претензиями пролетариата, которые больше нельзя игнорировать.Отсюда и безвкусица синкретизм, лучшим представителем которого является Джон Стюарт Милль. Это заявление о банкротстве «буржуазии». экономическая наука, которая уже виртуозно освещена великим русским ученым и критиком Н. Чернышевским, в своих «Очерках политической экономии по Миллю».

 
  (Маркс 1976: 97–8)13

Русский перевод Das Kapital

Маркс намеревался сделать творчество Чернышевского более известным на Западе.В его письма Николаю Даниельсону, его контактному лицу в России, сообщил Маркс ему, что помимо использования экономических сочинений Чернышевского во втором томе «Даса Капитал, он хотел написать что-нибудь о жизни и личности Чернышевского; поэтому он попросил Дэниелсона предоставить необходимую информацию. Это было сделано, но задуманная биография Чернышевского так и не материализовалась.

Стремление радикальной русской интеллигенции узнать, что такое капиталистическая систему, припасенную для страны, вдохновило появление комментария Чернышевского к Миллю.Это также стимулировало интерес к «Капиталу» Маркса в тех же кругах. Это было естественно, поэтому что первые контакты Маркса в России должны быть с группой молодых последователей Чернышевского в Петербурге, в составе Н. Ф. Даниельсона, Г. А. Лопатина, Н. Н. Любавина и М. Ф. Негрескула. Все, кроме Любавина, работали в Обществе взаимного кредита, где Даниэльсон должен был оставаться до конца своей работы. жизнь (Грин 1985: 12). Это был пост, который позволил Дэниелсону получить доступ ко всякого рода материалам, относящимся к экономическому положению в России, а это должно было оказаться чрезвычайно полезным к Марксу.

Даниэльсон впервые вступил в контакт с Марксом в сентябре 1868 г. Во «Введении» сборнику писем, которые Маркс написал ему и который был опубликован в 1908 г., Дэниелсон объяснил, как эта переписка произошло. Он вспоминал, что когда впервые прочитал «Капитал» Маркса в 1867 г., он был настолько впечатлен, что тотчас же принялся распоряжаться переводом ее на русский язык. Ему удалось найти издатель; это был Н. П. Поляков, человек радикальных симпатий который специализировался на издании произведений из Западной Европы.Оставалось только найти переводчика. первый письмо Марксу в сентябре 1868 года информировало его об этих договоренностях (Маркс и Энгельс 1908: 1).

Найти подходящего переводчика оказалось делом непростым. Негрескуль и Любавин первым обратился к Михаилу Бакунину, и хотя последний взялся перевод и принял предоплату, его работа была признана некачественной и была произведена только в результате постоянное увещевание и после больших задержек.Бакунин находил работу утомительной, и, чтобы освободить его от обязанности, его соратник Сергей Нечаев направил Любавину письмо о том, что если он не оставить Бакунина в покое были бы неприятные последствия. Поскольку Нечаев был причастен к убийству товарища-революционера в России Любавин имел все основания воспринимать угрозу всерьез (Carr 1933: 299). Весной 1870 года Лопатин отправился в Женеву. и по поручению Полякова освободил Бакунина от его обязательства и вернул деньги, выданные издателем.Он также обнародовал преступную деятельность Нечаева в России.

14

После пробыв две недели в Женеве, Лопатин отправился в Париж, где получил рекомендательное письмо к Марксу от своего зятя Поля Лафарга. Затем он перебрался в Англию и нашел квартиру в Брайтоне, откуда 2 июля 1870 г. посетил Маркса в Лондоне. Через три дня Маркс сообщил Энгельсу свои впечатления о молодом русском:

 

Он еще очень молод, был 2 года в тюрьме, потом 8 месяцев в крепости на Кавказе, откуда он сбежал.Он сын обедневшего дворянина и содержал себя в Петербургском университете, отдавая уроки. Сейчас он очень бедно живет, делая переводы для России… .

 
  (Маркс и Энгельс 1988: 530)

С помощью Маркса Лопатин тщательно изучил Даса. Капитал. Он ознакомился не только с первым томом, но и с общей структурой произведения в целом. и что будут содержать оставшиеся тома.Он произвел на Маркса впечатление своим пониманием того, как материала будет продолжено. По словам П. Л. Лаврова:

 

Мало было людей, о которых Карл Маркс говорил со мной с такой теплотой, как о Германе Лопатине. По его словам, вряд ли найдется кто-нибудь, кто так хорошо понимал бы, что он делает и что намеревается совершить в предстоящие тома его работ, как это сделал Лопатин. И в этом отношении выдающийся учитель социализма был очень требователен. людей, с которыми он дружил.

 
  (Антонов 1962: 37)

Тот факт, что Лопатин и через Лопатина Даниэльсон поняли, что должно содержаться в последующих томах работы Маркса была очень важна. Это означало, что Даниэльсон в Санкт-Петербурге точно знал, что материалы, необходимые Марксу, и он мог поставлять их по мере их поступления.

Это было во время изучения Das Kapital в этом непосредственном как Лопатин приступил к ее переводу на русский язык.Делал он это самым тщательным и систематическим образом, уделяя большое постараться найти подходящие эквиваленты терминологии, которую использовал Маркс, и сверить цитаты из «Синих книг» с оригинальным текстом в Британском музее. Всего Лопатин перевел около трети том, состоящий из глав «Превращение денег в капитал», «Производство абсолютных Прибавочная стоимость» и часть «Производства относительной прибавочной стоимости».

Примечательно, что Лопатин начал свой перевод со второй главы.К лету 1870 г. Маркс решил переписать первую главу, отказавшись от гегелевской терминологии, и он ожидал, что она будет готова к тому времени, когда перевод будет закончен. Это оказалось не так, и русский перевод вышел с той же первой главой, что и оригинальное немецкое издание.

В ноябре 1870 года Лопатин резко прекратил свою переводческую работу. Восхищение Маркса ибо Чернышевский убедил Лопатина в необходимости «вернуть миру великий публицист и гражданин».Поэтому он решил попытаться вызволить Чернышевского из Сибири. Но перед установкой уехав в Сибирь, он оставил свой перевод Даниэльсону, объяснив намерение Маркса переработать первую главу для русская версия. Как это было, попытка спасения Лопатина потерпел неудачу, а сам был арестован и заключен в тюрьму в Тобольске. Ему удалось бежать и пробраться за границу только в 1873 г. (Маркс и Энгельс 1908: 1–3).

Перевод «Капитала» достался Даниэльсону, который дошел до конца тома в октябре 1871 года.Так как Маркс был занят делами Интернационала, он не мог предоставить переписанную первую главу. В ноябре Маркс написал Дэниелсону, чтобы тот не ждал, а перевел первую главу. как стояло. Поскольку эта глава и прилагавшееся к ней приложение «Форма стоимости» были особенно запутанными, Даниэльсон передал их для перевода Любавину (Грин 1985: 74). Наконец-то опубликована завершенная русскоязычная версия в марте 1872 г. Маркс, к тому времени бегло читавший по-русски, был в восторге от перевода и нашел работу три переводчика должны быть «мастерскими» (Маркс и Энгельс 1989b: 386).

Маркса исследования России

Насколько широко Маркс изучал Россию, можно судить по каталогу имевшихся у него русскоязычных материалов, которые он составил в 1881 г. Он был озаглавлен «Русские в моем книжном киоске». и содержал 115 названий, составляющих 150 отдельных томов. Когда Даниельсон предложил Марксу написать о русском аграрном отношений в 1877 г., он мог сделать это в уверенности, что последний был так же знаком со всеми доступными источниками по как и любой ученый в России (Рудьяк 1979: 17–22).

Русские работы, прочитанные Марксом, охватывают три основные области исследования: (1) история русской крестьянской общины; (2) крестьянская реформа 1861 г.; и (3) экономическое развитие России с 1861 г. по настоящее время. время. Под этими тремя направлениями можно рассматривать изучение Марксом России.

  1. Относительно немного русских произведений, прочитанных Марксом были по истории крестьянской общины. Те, что были на эту тему, касались спора между Чичериным и Беляевым.В марте 1873 г. Маркс попросил Даниельсона прислать ему подробности дебатов, указав, что его симпатии не на стороне Чичерина:

 

Вы весьма обяжет сообщить мне некоторые сведения о взглядах Чичерина на историческое развитие общинного недвижимость в России; а по поводу его полемики на этот счет с Беляевым… всякая историческая аналогия говорит против Чичерина. Как могло случиться, что в России то же самое учреждение было введено просто как фискальная мера, как сопутствующий случай? крепостного права, тогда как в других местах оно носило стихийный характер и знаменовало собой необходимую фазу развития свободных народов?

 
  (Маркс и Энгельс 1989b: 487)

Даниельсон не только прислал Марксу соответствующие работы Чичерина, Беляева и других авторов но также сопровождал их своим собственным пространным исследованием, дополненным библиографией, о том, как развилась полемика. (Маркс и Энгельс 1967: 288–308).

В книге Чичерина Маркс не оставил примечаний, а в книге Беляева сделал несколько заметок. Из этого видно, что ему было интересно посмотреть, на каком основании Беляев основывал свой аргумент о том, что общинное землевладение существовало до крепостного права. Маркс вообще находил позицию Беляева неубедительной. Его впечатление от книги Беляева была такой же, как и у Чичерина: она не могла подкрепить свои доводы документальными свидетельствами (Николаевский 1929: 403).

  1. Маркс много внимания уделял изучение того, как был составлен закон 1861 г. и каковы его положения.В этом отношении он находился под сильным влиянием Чернышевского «Письма без адреса», и именно это эссе легло в основу его собственное толкование реформы. Его первая попытка написать на эту тему — черновик, озаглавленный «Об эмансипации». Русских крепостных», — было краткое изложение «Писем» Чернышевского. Его более подробная рукопись под названием «Заметки о реформе 1861 г. и послереформенном развитии России», написанная, вероятно, в 1880–1881 гг., опиралась на более широкую диапазон источников, но сохранил ту же структуру и интерпретацию, что и работа Чернышевского.

Источники Маркса для реформы 1861 г. были чрезвычайно хороши. Его записи показывают, что он пользовался книгой Гакстгаузена «Аграрная конституция России» (Haxthausen 1866) и А. Четырёхтомный сборник документов И. Скребицкого о реформе, Крестьянские дела в Царствование Александра II (Скребицкий 1862). Эти два произведения были связаны друг с другом и имели общую источник информации из первых рук. Гакстгаузен всегда был ярым сторонником крестьянского освобождения в России. он сообщил о своих взглядах Александру II, когда последний посетил Берлин в 1857 году.Из-за большого интереса к русскому языку дел, Гакстхаузен был информирован о том, как продвигается реформа. Председатель редакционной комиссии Я. И. Ростовцев направил ему копии всех соответствующих документов и материалов дела Комиссии. На этих материалах написана книга Гакстгаузена «Аграрная конституция». России, был основан.

Поскольку Гакстхаузен нуждался в переводе своих материалов на немецкий язык, он заручился помощью русского хирурга-офтальмолога Александра Скребицкого, находившегося в Берлине по делам в 1860 году.Скребицкий не только помог Гакстхаузен с исследованиями для своей книги, но также отредактировал и опубликовал собрание документов, предоставленное Ростовцевым. Книга Гакстгаузена и книга Скребицкого. сборник был одним из основных материалов Маркса при составлении рукописи «Записки о реформе 1861 года и России». Постреформенное развитие» (Haxthausen 1866: 6).

Это из протоколов заседания комиссии в СИЗО Скребицкого сборник, в котором Маркс нашел доказательства того, что реформа 1861 г. была преднамеренно направлена ​​на возложение финансового бремени на крестьянство. для того, чтобы поставить их в зависимость от землевладельцев, чтобы последние продолжали иметь обильную и дешевую рабочую силу на их утилизация.Этот аспект предлагаемого законодательства стал более очевидным, когда два члена Комиссии возражали против к несостоятельности постановки свободы крестьян в зависимость от покупки ими земли. Маркс нашел свое вмешательство быть очень важным, поскольку это было симптомом духа, в котором было сформулировано законодательство.

Интересно отметить, что когда русские историки-марксисты Н. А. Рожков и М. Н. Покровский писали об освобождении 1861 года в начале ХХ века, они исходили из того, что «марксистский» подход к предметом было бы проследить экономические корни этой меры, показать, что она была вызвана экономическими интересами землевладельцев. (Цаголов 1956: 63).Как показывают заметки Маркса, опубликованные в 1940-х годах, это был совсем не тот подход, что он сам взялся за вопрос.

  1. Безусловно, самый обширный и самый подробный из исследования России относились к периоду после 1861 г. и касались последствий реформы для экономического развития России. Они касались, в частности, последствий реформы для обращения и накопления капитала, а также способов в котором крестьяне превращались в пролетариев.

Работа, которая имела важное значение для этих вопросов, была та, которую Маркс впервые читать по русски. Это было «Положение рабочего класса в России» Н. Флеровского. (Флеровский 1869), книга, изданная в Петербурге Поляковым. и послана Марксу Даниэльсоном в октябре 1869 г. Флеровский был псевдонимом В. В. Берви, сын профессора физиологии Казанского университета. Берви изучал там право и благодаря связям отца стал высокопоставленным чиновником в Петербурге.Но его оппозиция произвольным актам репрессий со стороны правительства привели к его аресту в 1862 году. Берви провел много лет в ссылке, но он использовал свой опыт для сбора материала для своего книга о жизни и хозяйственном положении простого народа в разных частях России.

Книга Флеровского, несмотря на название, касалась преимущественно русских крестьян. Именно этих крестьян он называл рабочими. Подобно Марксу, он приберег термин «пролетарии» для тех, которые были оторваны от земли и полагались исключительно на заработную плату для средств к существованию.Кроме того, Берви интересовало, как рабочие становились пролетариями, черта его творчества, которую Маркс находил особенно ценный. Но помимо этого книга Флеровского дала Марксу богатейшие сведения о жизни и культуре населения Российской империи, как русских, так и национальных меньшинств. Как он заметил Энгельсу: «Это самая важная книга, появившаяся после вашего «Положения рабочего класса». Семейная жизнь русских крестьян – ужасные избиения до смерти жен, водки и наложниц хорошо описано» (Маркс и Энгельс 1967: 25).Такое описание, по мнению Маркса, внес освежающее изменение в представление Герцена о России. своего рода «коммунистическое Эльдорадо».

Дочь Маркса, Дженни, в письме Кугельману 30 октября 1869 г. указывалось, на какое употребление должна быть поставлена ​​книга Флеровского: «Книга попала как нельзя кстати». время. Мавр [т.е. Маркс Дж. В.] намеревается опубликовать содержащиеся в нем факты во втором томе» (Rudiak 1979: 29). Так как Маркс в то время не читал книгу, не зная в достаточной степени русский язык, ее актуальность для второго тома должна быть очевидна. сообщили ему Даниэльсон и Лопатин.

Важнейшим статистическим источником, которым пользовался Маркс, был сборник «Отчеты фискальной комиссии». Эта комиссия была создана Министерством финансов вскоре до реформы 1861 г., чтобы выяснить, как собирались налоги и сборы. Он просуществовал до начала 1880-х годов. и за это время выпустил около 70 томов своих находок. В 1875 году Дэниелсон одолжил десять из этих томов. Марксу, который сделал из них обширные записи, прежде чем отправить их обратно в Петербург.Эти тома предоставили ценную информацию из первых рук. информация о текущих экономических процессах в России.

Даниэльсон использовал материалы, которые он посылал Марксу, для своих собственных исследований русской экономики, и получившаяся в результате статья под названием «Очерк нашего пореформенного общественного хозяйства» была опубликована в журнале «Слово» за октябрь 1880 г. (Danielson 1880). Копия была послана Марксу. Статья представляет значительный интерес, поскольку в ней Даниэльсон, опередив Маркса, попытался изложил схему воздействия обращения капитала на экономическое развитие России с 1861 г.

По мнению Даниэльсона, в действии действовали два вида экономических принципов. в России. Одним из них был коллективный принцип, закрепленный в законодательстве 1861 г.; другой был индивидуалистом капиталистический принцип, который одновременно поддерживало то же самое законодательство. Он считал, что ряд факторов в совокупности влияют на обращение капитала в России. К ним относятся проведение государственной политики, строительство железных дорог, увеличение торговли зерном и широкое расширение кредита.Дэниелсона В статье объяснялось, как эти факторы были взаимосвязаны. Он начал с того, что указал, что для стимулирования железнодорожного строительства государство субсидировало частные железнодорожные компании. Изучая доходы железнодорожных компаний, Дэниелсон обнаружил кажущийся парадокс в том, что, хотя их задолженность перед государством была значительной и неуклонно росла, прибыли железнодорожные компании были огромны. Парадокс 19 был объясняется тем, что в то время как доходы прибыльных компаний оставались за частными компаниями, потери остатка были покрыты казначейством (Danielson 1880: 85).

Как, поинтересовался Дэниелсон, могут быть возмещены такие огромные убытки для государства? Ответ заключалась в огромном расширении торговли, имевшей место за последнее десятилетие или около того, особенно в торговле зерном. В в рассматриваемый период вывоз зерна быстро возрастал, и зерно составляло основную часть грузов, перевозимых по железным дорогам. Далее Дэниэлсон утверждал, что не только железные дороги, но и банки кредитные учреждения жили за счет крестьянского хозяйства.И, конечно, именно от обложения крестьян большей частью был получен доход государства. По мнению Даниэльсона, и железные дороги, и предоставление кредита были средствами посредством которого осуществлялось обращение товаров. На Западе их появление дало толчок товарному производству, развитию науки и повышению производительности труда. В России товарное обращение не имело никакого этих эффектов. Ибо, по словам Дэниелсона, «для сохранения нашей экономической независимости мы направили нашу энергию не на развитие самого капиталистического производства, а на его результат, на банки и железные дороги» (Даниельсон 1880: 103).

Полное значение статьи Дэниелсона проявляется, когда она читается вместе с с рукописью Маркса «Записки о реформе 1861 года и послереформенном развитии России». Это использует рисунки Дэниелсона и следует структуре своей статьи, располагая материал практически в том же порядке как оригинал. Описание обращения капитала в рукописи Маркса представляет собой значительный отход от от того, как он подошел к вопросу ранее.Ибо здесь обращение было не просто обращением одного капитала между многих, но всего народного хозяйства. Взяв нацию за свою единицу, Маркс, по-видимому, указал, что круговорот капитала которым все больше экспроприировалось крестьянство и расширился капиталистический класс, было завершено только в национальном масштабе, в которых участвовало агентство правительства. Иными словами, капитал в России не обращался. на местах, и не нужно искать в самих крестьянских общинах ту силу, которая создала пролетариев, с одной стороны, а капиталисты с другой.Эта позиция, конечно, согласовывалась с тем, что Марксу не удалось обнаружить ни одного случая первоначальное накопление, не связанное с вмешательством государства [Конюшая 1952: 22–28].

Важным трудом, который Маркс читал и делал заметки, была книга В. П. Воронцова «Судьба капитализма в России». опубликовано в 1882 г. (Конюшая 1985: 156, 177, 180, 215, 234, 240–4). Автор признал свой долг перед статьей Дэниелсона 1880 г. «Очерк нашей пореформенной социальной экономики». и в ходе своей работы рассмотрел последствия вовлечения российского государства в процесс обращения капитала.Воронцов отмечал, что крупная промышленность существовала во многом благодаря поддержке государства; это было поддержано по тарифам, субсидиям и государственным заказам. Полученное таким образом преимущество позволило ему подорвать и разорить мелкое домашнее хозяйство. отрасли. 20В ресурсы для субсидирования крупной промышленности к тому же выжимались из крестьянства налоговой системой, которая заставляла их продавать свою сельскохозяйственную продукцию по невыгодным ценам. Крестьянская община нет больше не предоставляла защиту своим членам, поскольку стала в значительной степени механизмом для обеспечения соблюдения системы взаимной ответственности.В результате крестьяне все больше покидали его [Каратаев, 1958, с. 475–481].

Бедность населения, г. Воронцов утверждал, предоставил крупной промышленности очень ограниченный рынок сбыта своей продукции, тем самым обеспечив ее продолжают оставаться искусственным ростом, требующим государственной поддержки. С другой стороны, внешние рынки были закрыты для продукции. российской промышленности, поскольку низкая производительность труда в России не позволяла им конкурировать с товарами, производимыми за рубежом.Кроме того, внутренне производительность русской промышленности была достаточно высока, чтобы в ней работала лишь небольшая часть крестьян, изгнанных им из деревни.

Воронцов думал поэтому, что в России капитализм не имеет условий необходимые для его естественного развития, и поэтому должны были искусственно распространяться правительством. Он считал, что эти попытки наносили положительный вред; разрушая существующую экономическую организацию, крестьяне подвергались невыразимым лишениям. и страдания.Поэтому он считал, что политику следует изменить [Каратаев 1958: 472].

Отмечая проблему, заключающуюся в том, что Россия не дает работу крестьянам, которых она выселила, Воронцов обнаружил свидетельство, подтверждающее несостоятельность ранней концепции Маркса об обращении капитала. Ибо не только капитал мог обращаться, не обезоружив крестьян, но и они могли быть экспроприированы без превращения их в промышленных пролетариев.В результате не было неизбежности о том, что границы капитализма постоянно расширяются. Из этого следовало, что даже модель обращения, предложенная Даниэльсоном (и Маркс), составленная с участием российского государства, не гарантировала бы расширенного воспроизводства капитала.

Несмотря на несколько попыток в 1870-х годах завершить том «Капитала», посвященный обращению капитала, работа осталась в виде незаконченных набросков. и черновые заметки о том, что после смерти Маркса Энгельсу пришлось что-то из них сделать.Дело было не только в этом конкретном том, который остался незавершенным: то же самое можно сказать и о планируемом общем труде «Критика политической экономии». Это означало, что цель демонстрации логического перехода от товара к мировому рынку не была достигнута. И хотя Маркс действительно оставил в черновике критику классической политической экономии от Адама Смита, он не вернулся, как предполагала гегелевская методология, к своему отправной точкой, философскими предпосылками его системы и исследовать феномен «отражения» которым категории политической экономии появились как категории философии в человеческом сознании.

Система Маркса в том виде, в каком он ее оставил, обладала достаточной глубиной анализа, чтобы привлечь преданных последователей, но так как он был незавершенным, он оставил путь для бесконечного интерпретаций. Устранение философских основ из «Капитала» поощрялось попытки восполнить философское измерение, которого ему, по-видимому, не хватало. Связанное с этим удаление ссылок на капитал Расширенное воспроизводство поставило вопрос о том, суждено ли капитализму укорениться в России.Дас Капитал и проблемы, которые он поднимал, обеспечили динамику, побудившую к развитию марксистских идей и подходов. по многим аспектам истории марксизма в России.

22

Путешествие на каталке: Философия искусства Чернышевского

Я читал о русской живописи XIX века, и в нескольких книгах по этой теме упоминалось, что на художников повлияло эссе 1853 года под названием «Эстетические отношения искусства к реальности» Николая Чернышевского.

По общему мнению, это эссе было своего рода манифестом для русских живописцев и оказало особенно значительное влияние на таких их лидеров, как Илья Репин, Иван Шишкин и Крамской. Это объясняет, почему реализм процветал там дольше, чем в Западной Европе.

Иван Шишкин, Мачтовая роща, 1898

Например, сравните эту картину Шишкина в России 1898 года….


Поль Сезанн, Купальщицы, 1898-1905

…до этого Поля Сезанна во Франции в то же время. Чем отличалась эстетическая философия в России?

Центральная мысль эссе Чернышевского состоит в том, что реальность выше искусства. В лучшем случае искусство — это попытка воспроизвести или воспроизвести реальность, и поэтому искусство находится на более низком уровне, чем реальность.

Это очень отличается от эстетизма Дж.М.В. Уистлера и других, которые предположили, что задача искусства — улучшать природу. Уистлер сказал: «Природа очень редко бывает права, до такой степени, что можно даже сказать, что Природа обычно ошибается.» 

Примерно в то же время, когда влиятельное эссе Чернышевского было опубликовано в России, родственные идеи были опубликованы в Англии и Америке. В книгах Джона Раскина «Современные художники » и «Письма Ашера Б. Дюрана о пейзажной живописи » (1855 г.) проповедовалась версия «Истины к природе», которая оказала большое влияние на движения прерафаэлитов и школу реки Гудзон в англоязычных странах. Главное отличие от Чернышевского в том, что ему как будто не хватает морализирующего тона Дюрана и Рёскина.
Илья Репин, Портрет Алексея Писемского. 1880
Все эти мыслители выступали за то, чтобы художник с благоговением относился к конкретным фактам реальности и позволял картине, насколько это возможно, быть ясным окном в эту реальность. Репинский портрет Писемского — хороший пример, где техника подчинена силе личности, проявляющейся в конкретных фактах.

Рескин, Дюран и Чернышевский — все выступали за то, чтобы художники — особенно студенты — писали как можно точнее с натуры, но поскольку абсолютное полистное подражание внешним деталям невозможно, художники должны воссоздавать (Дюран употребил слово «представить «) на холсте пережитую ими истину, проникающую в платоновскую сущность.


В случае Шишкина это означало рисование сцен, которые неопытному глазу казались «найденными» или «фотографическими», но на самом деле были тщательно сконструированы с использованием его глубоких знаний о природных эффектах.

Ему понадобилась целая жизнь, чтобы отказаться от привычных формул живописности в пейзаже и изобрести способ интерпретировать реальность лесного интерьера масляной краской.

Многие современные реалисты придают большое значение эстетике мазка, фактуры краски и композиции, но Чернышевский счел бы это занятие глупым отвлечением, вроде сосредоточения внимания на царапинах и пропусках на грампластинке вместо того, чтобы слушать музыку. .Так же, как пластинка для фонографа стремится передать ощущение живого концерта, картина стремится к полноте и присутствию реальности. (Аналогия с концертом и фонографом — моя собственная, и, конечно, фонограф появился позже него; Чернышевский на самом деле использует аналогию оригинальной картины и ее гравированной репродукции).


Вот некоторые выдержки из Чернышевского:
  • Репродукция должна по возможности сохранять сущность воспроизводимой вещи; поэтому произведение искусства должно содержать как можно меньше абстрактного.
  • Искусство выражает идею не через отвлеченные понятия, а через живой, индивидуальный факт.
  • Основная цель искусства — воспроизвести в реальной жизни то, что представляет интерес для человека.
  • Реальность выше снов.
Чтобы разобраться с этими идеями, я представил себе разговор между собой и Чернышевским. Обратите внимание, что комментарии Черного — это мое предположение, как бы он ответил.

Я: Может ли камера или кино с высоким разрешением достичь такого результата?

Черный: Нет.Возбуждение, которое человек испытывает в присутствии реальности, может вызвать только художник с пытливым умом, который может образно заглянуть в структуру и существенные черты предмета и выразить то, что в этом предмете делает его интересным.

Я: Нам нужна имитация реальности?

Черный: Нет, простое копирование внешних черт только утомит и художника, и зрителя. Есть большая разница между бездумным копированием и проницательным воспроизведением природы.

Я: Разве такие выводы не очень субъективны? Наука последних десятилетий показала, что объективной реальности не существует. Наше восприятие окружающего мира является конструктом наших систем восприятия. Следовательно, не должны ли мы рисовать мир в личном стиле, который соответствует нашему собственному субъективному взгляду на мир?

Черный: Вы слишком много об этом говорите. Рисовать так, как вы предлагаете, это просто отговорка от лени. Два внимательных художника с хорошей подготовкой создадут этюды, которые очень точно соответствуют друг другу.Но такие исследования — это только начало. На создание произведений, посвященных глубокому жизненному опыту, уходит целая жизнь.

Я: А как насчет цели сюрреалистов изобразить то, что находится внутри разума, мир снов и кошмаров?

Черный: Ваши мечты в конечном итоге исходят из реальности. Воображение играет ключевую роль, но цель художника состоит в том, чтобы с помощью воображения заглянуть в сердце самой реальности, которая является источником всего в его наиболее полной и чистой форме.Реальность также полна скрытых тайн, которые не могут быть полностью поняты ни с помощью поэтического пути искусства, ни с точки зрения науки, основанной на фактах.

Я: Если реальность важнее искусства, то какой смысл в посещении художественного музея?

Черный: Если это выбор между двумя, художники должны искать в реальности свое главное вдохновение; иначе их работа станет подержанной и манерной. Но чрезвычайно ценно изучить средства, которыми великие художники прошлого выражали сущность действительности.Ищите произведение искусства, которое максимально приближает вас к ощущению присутствия реальной жизни, а затем попытайтесь понять, как достигается этот эффект. Вызов, когда вы покидаете художественный музей, состоит в том, чтобы оставить позади условности прошлых художественных движений и увидеть реальность своими глазами без предубеждений.

Я: Какие категории искусства наиболее достойны: возвышенное, комическое, трагическое или прекрасное?

Черный: Они все важны. Чувствительный человек будет реагировать на проблемы, возникающие в жизни, и захочет создавать искусство, которое говорит об этих проблемах, чтобы другие люди могли обрести мудрость и понимание благодаря искусству.Эти импульсы могут управлять гаммой эмоций. Как бы вы ни относились к природе, это должно быть предметом вашего искусства, но оно должно быть передано в конкретных, материальных терминах.

Мои заключительные мысли: Я не думаю, что идея Чернышевского вполне разумна для меня интеллектуально. Я не могу отделаться от идеи, что «реальность» — это временная вещь, созданная в нашем собственном уме и подчиненная прихотям наших очень избирательных и субъективных зрительных систем. Я также против того, чтобы всегда избегать абстракции.Конечно, я люблю русских реалистов, но я также чувствую, что пульсирующее ощущение жизни может возникнуть из некоторых высоко абстрактных форм искусства, таких как рисованная анимация или комическое искусство.

Но идея Черного о том, что реальность стоит выше искусства, является для меня чрезвычайно полезной движущей концепцией, которая помогает сосредоточить мой разум, когда я рисую с натуры. Я часто достигаю наилучших результатов, когда пытаюсь запечатлеть то, что передо мной, не пытаясь каким-либо образом «улучшить» это. Когда я сравниваю огромную сложность, изощренность и богатство реального мира с моими собственными ничтожными усилиями, у меня остается ощущение, насколько далеко я отошел от истины, стоящей передо мной.
——
«Эстетические отношения искусства к действительности» Николая Чернышевского.
Николай Чернышевский в Википедии
Рекомендуемая книга: «Русское видение: искусство Ильи Репина» Дэвида Джексона.

10 БЛИЖАЙШИХ Отели к Скульптурная композиция Место принятия решения, Новосибирск

Часто задаваемые вопросы об отелях рядом с Скульптурная композиция Место принятия решения

  • Есть ли в г. Новосибирск отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция Место принятия решения с бассейном?

    Популярные отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» с бассейном в г. Новосибирск:

  • Какие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск здесь самые лучшие?

    Лучшие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск:

  • Какие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск предлагают тренажерный зал?

    Следующие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск предлагают гостям тренажерный зал:

  • Какие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск предлагают номера с прекрасным видом?

    Эти отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в Новосибирске предлагают прекрасный вид и нравятся путешественникам:

  • Какие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в Новосибирске можно описать как романтические?

    Эти отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в Новосибирске были описаны другими путешественниками как романтические:

  • Какие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в Новосибирске подходят для семей?

    Отдыхающим семьями понравились эти отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция Место принятия решения в г. Новосибирск:

  • Какие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция Место принятия решения в г. Новосибирске предлагают размещение с домашними животными?

    Эти отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск обычно разрешают проживание с домашними животными:

    Всегда лучше заранее позвонить и уточнить правила размещения домашних животных до вашего приезда.

  • Есть ли в г. Новосибирск отели рядом с достопримечательностью Место принятия решений скульптурной композиции с бесплатным завтраком?

    Бесплатные завтраки могут быть предоставлены в следующих отелях рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в Новосибирске:

  • Какие отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в Новосибирске предлагают бесплатную парковку?

    Эти отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск предлагают бесплатную парковку:

  • Есть ли в г. Новосибирск отели рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» со спа на территории?

    В этих отелях рядом с достопримечательностью Скульптурная композиция «Место принятия решений» в г. Новосибирск есть спа:

  • Братья Карамазовы, книги 6-7

    Илья Репин, «Крестный ход в Курской губернии» (1883 г.)

    Приветствую тебя, товарищ Карамазов читателей! Мы примерно на полпути к книге (ура!), и я рад сообщить, что сюжет невероятно набирает обороты для спуска.Как всегда, не стесняйтесь участвовать, независимо от того, как далеко вы продвинулись, но, пожалуйста, помечайте спойлеры, чтобы новые читатели могли самостоятельно открыть для себя материал.

    На прошлой неделе мы рассмотрели половину основного идеологического разногласия, лежащего в основе некоторых аргументов Достоевского в этой средней, в высшей степени диалектической части романа. Теперь мы рассмотрим сторону, которую Д. нашел более симпатичной, и некоторые формальные, структурные проблемы, с которыми он столкнулся, пытаясь применить этот аргумент на практике.

    Примечания и комментарии:

    Прежде чем мы начнем, я должен сделать небольшое дополнение к обсуждению западников на прошлой неделе: пытаясь обобщить всю интеллектуальную основу, я не упомянул идеологического оппонента Достоевского №1 в этом обсуждении, коллегу-писателя и журналиста Николая. Чернышевский .

    Чернышевский, на несколько лет моложе Достоевского, был еще одним молодым писателем-учеником критика-активиста Виссариона Белинского; в отличие от Д., он поддерживал свою левую политику в конце жизни. Так же, как и Д., он был арестован за свою политическую деятельность — он был редактором революционного журнала «Современник » и агитатором за свержение политического порядка — и был заключен в Петропавловскую крепость в центре Петербурга до своего собственную драматическую инсценировку казни (на этот раз фальшивой шпагой) и последующую ссылку в Сибирь. Находясь в тюремной камере, он написал свое самое продолжительное произведение и, возможно, самый влиятельный русский роман XIX века: Что делать?

    Роман немного затянут: женщина из рабочего класса обретает физическую и интеллектуальную свободу, принимая идеи революции и т. д.Чернышевский не был одаренным писателем, но то, как роман ломает застойные представления о социальных и экономических ролях и дополняет их головокружительной фантастической кульминацией, сделало его более непосредственным и эмоционально прямым инструментом для последовавших за ним реальных революционеров. Ленин любил его. Марксу это нравилось. Даже некоторые скупые консервативные писатели любили его.

    Эта «кульминация фэнтези» происходит во время снов героини, где Чернышевский излагает пошаговую, прогрессивную историю (в значительной степени заимствованную у Гегеля и Маркса, но с подчеркнуто феминистским углом зрения), которая показывает человеческую расу, проходящую через различные формы угнетения, символизируемые как мужчины относятся к женщинам: как к объектам животной страсти, как к объектам поклонения, как к объектам целомудренной дистанции, но всегда как к объектам , а не как к равным.Но теперь героиня катапультируется в будущее, где она видит полное равенство, мир без наций, мир, в котором люди уезжают из городов и возвращаются в деревню, чтобы вести гармоничный аграрный образ жизни с передовыми технологиями, в которых даже работа кажется отдыхом. О технологии!

    Да, Саша говорил, что рано или поздно алюминий заменит дерево, а может, и камень. Алюминий и еще раз алюминий; все промежутки между окнами увешаны огромными зеркалами… Вот в этом зале половина пола не покрыта и видно, что он тоже из алюминия.

    Итак, Чернышевский не был знатоком металлургического искусства, но его футурологическое видение вдохновляло грядущие поколения — но не Достоевского, который колебался между ужасом (видение Чернышевского — это лондонский Хрустальный дворец в крупном масштабе) и насмешкой (алюминиевый революционер прокладывает себе путь в Демонов ).

    Во всяком случае, стоит знать Чернышевского, чтобы лучше понять главного спарринг-партнера Д., источника самых сильных и прямых высказываний эпохи Д.против. Чернышевский также оказал огромное влияние на будущих писателей, в том числе и особенно на Айн Рэнд (несмотря на их основные идеологические различия).

    Сегодня мы должны присмотреться к консервативной реакции против таких писателей, как Чернышевский, и западников в целом. Основная группа условно известна как славянофилов за то, как они выдвигали на первый план свою славянскую принадлежность как существенный элемент своей мысли, и подчеркнуто противостояли развращающим негативным чертам Запада, которые были импортированы, чтобы придать России внешний вид. «респектабельная» цивилизация.По иронии судьбы, такое отношение было основано на другом западном заимствовании: романтическом национализме.

    Мы обычно указываем на писателя и философа Алексея Хомякова  как на отца столичного славянофильского движения (а не просто на первого «славянина возлюбившего», примеры которого уходят вглубь веков) в 1830-е годы, когда Достоевский был еще подросток. Его соучредитель, Иван Киреевский , путешествовал по Европе, как Д., и нашел это духовно гнилым опытом. Гипериндивидуализм, рациональность, возведенная в идолопоклонство, наука, применяемая как социальный инструмент, без заботы о задавленных ею людях… Почему Россия так одержима импортом всего этого?

    Но если «рационализм» является уделом западной мысли, что может предложить Россия? Хомяков и Киреевский использовали термин соборность для обозначения некоего «чувства общности», которое, по их мнению, отличало Восток от Запада, ощущение того, что все взаимосвязано, не просто как до-ньюэйджовское паблум*, но как глубоко метафизическое, духовное понимание структуры Божьего творения.

    (* — Хотя, что вполне уместно, паблум Нью Эйдж был впервые установлен русским писателем в 1870-х гг.) 

    Соборность  не может быть рационально ограничена — она влияет на наши мысли, наши эмоции и наше стремление к другим таким образом, который мы не можем определить или определить математически. Это также связывает нас с миром природы, с широкими, бескрайними, часто необитаемыми регионами России, столь отличными от задушенных городов Европы. Это суть того, что иногда называют Великой Русской Душой.

    В противовес радикальной свободе Запада, которая, как мы помним, заканчивается тиранией, Россия могла бы предложить миру истинный дар свободы: полное чувство общинности, православное христианство, и, как уникальное проявление глубочайших корней русской истории, царь как духовный/национальный лидер. Иными словами, наиболее консервативные стороны славянофильства подчеркивали ту же самую тройственную идеологию, что и Николай I: православие, самодержавие и народность . Если это кажется нам на Западе глубоко несвободным, то это потому, что наш навязчивый рационализм отрезал нас от нашего чувства общности, от Бога и от истинной свободы, которая исходит из смирения.

    Вызов рациональности интересен, потому что он ставит вопрос о «дебатах» в необычном свете: как можно «спорить» с рациональностью, когда рациональность обычно является стандартом, по которому судят о дебатах? Это не значит, что славянофилы (или Достоевский) отвергали рациональность во всех ее проявлениях, но что они доказывали ее недостаточность : в конце концов, ребенок с достаточно хорошим чувством рационального рассуждения может привести себя (и других) к интеллектуальным мертвецам. -концы, как мы уже видели на протяжении TBK .

    Но если не рациональность, то что? Вот тут-то и приходят на помощь такие инструменты, как вера: наша чистейшая форма общения с «настоящей» реальностью основана на нерациональном взаимодействии с нашим духовным Отцом. И эта категория умственной деятельности должна быть не ограничена Богом, а актом смирения и общего по отношению друг к другу. Возможно, единственное наиболее цитируемое стихотворение в России XIX века поэта и дипломата Федора Тютчева прямо указывает на это:

    Россия есть вещь, которую
    разум не может постичь.
    Ее мерка не обычная.
    Ты ей измеряешь однозначно:
    в России ты веришь!

    (Примечание: оригинальное стихотворение состоит всего из четырех строк, но я думаю, что перевод Джуда — лучший из буквально сотен попыток сделать это. См. ссылку выше для более прозаических переводов.)

    Люди, которых мы обычно объединяем под «славянофилом», были разношерстными — некоторые были даже левыми политическими, считали, что соборность может составить идеологический костяк социально-экономического прогресса.В конце жизни Достоевского на более универсалистской версии этой философии большую известность приобрел другой славянофил, великий богослов и писатель Владимир Соловьев.

    Будучи молодым мыслителем, Соловьев (иногда называемый Соловьевым) подружился с Достоевским, несмотря на более националистические симпатии последнего. Соловьев соглашался с тем, что западный гипериндивидуализм — это духовный тупик, а вера в то, что все социальные проблемы могут быть решены путем позитивного применения новейшей науки, опасна (здесь мы вступаем в эпоху евгеники, поэтому он не неверно), но он также считал, что соборность, если это будет вполне общинный  опыт, распространяется не только на славян и не как-то узко местнически, а на все человечество.Он считал, что православная и католическая церкви могут примириться. Он считал, что евреи, сами заслуживающие основного достоинства, уже поняли эти вещи и могут стать образцом для христианского примирения.

    Несмотря на некоторые принципиальные различия, Достоевского глубоко захватила широта и глубина соловьевской философии любви. К сожалению, жизнь Соловьева осложнилась после смерти Достоевского. Он приобрел большую известность благодаря массовому публичному провалу: в своем стремлении возвысить христианские идеалы на государственном уровне он выступал против смертной казни террористов, убивших Александра II, за что он потерял свое положение и свое будущее.Но он обратился к новому поколению мыслителей, которые нашли в его радикальной, всеохватывающей любви паллиатив в трудную, жестокую эпоху. Он написал много материала и много путешествовал, имея то, что он описал как три мистических видения Святой Мудрости (в образе женщины: Софии), одно из которых произошло в читальном зале Британского музея. Он написал об этом в совершенно восхитительном стихотворении. Он до сих пор пользуется репутацией одного из самых оригинальных и умных мыслителей России.

    Вопросов для обсуждения:

    Поскольку роман был сериализован, публикация 5-й книги (включая «Великий инквизитор») вызвала панику среди читателей, в том числе религиозных деятелей, которые писали Достоевскому, умоляя узнать, как он собирается опровергнуть такой ужасающий аргумент.Он сказал им, что Книга 6 — это ответ. Впервые читающие, особенно младшие, обычно находят этот ответ разочаровывающим.

    Что вы думаете? Вы находите это удовлетворительным опровержением? Отмечая наше обсуждение выше о пределах рациональности, как Д. пытается обойти это с точки зрения построения аргумента?

    Алеша нарочито вторит Ивану, отвечая на колкости Ракитина («Я не против Бога бунтую, я просто «мира Его не приемлю».») Как мы интерпретируем эту сцену и кризис совести Алеши?

    Помогает ли здесь разговор и поведение Грушеньки представить ее встречу с Катериной Ивановной в ином свете? Какой фигурой она предстает при общении с Алешей?

    Одной из основных тем этих двух книг является вера во всех ее проявлениях.Как вы думаете, какие общие «уроки» о вере Д. извлекает из этих, казалось бы, не связанных между собой событий?

    символов в этом разделе:
    • Карамазовы (Федор, Дмитрий, Иван, Алеша)
    • Старец Зосима и его рассказ:
      • Его мать и его брат Маркел
      • Слуга Его Афанасий
      • Его неназванная первая любовь и ее муж
      • Его «таинственный гость» Михаил + персонажи собственной истории
      • различных крестьян, сослуживцев и т. д.
    • Отец Паисий, Отец Иосиф (библиотекарь), Отец Михаил (смотритель), Отец Анфим
    • Семинаристы Порфирий и Ракитин
    • Монах из Обдорска
    • Отец Ферапонт, соперник Зосимы
    • Госпожа Хохлакова (Хохлакова)
    • Грушенька (Аграфена Александровна)
      • ее квартирная хозяйка, вдова Морозов(а)
      • ее «покровитель», вдовец Кузьма Кузьмич Самсонов
      • две ее служанки: старая кухарка и ее внучка Феня
      • ее польский офицер, который, как она считает, спасет ее
    ПРЕДЫДУЩИЕ ЗАПИСИ В СЕРИИ:
    1. Объявление
    2. Введение
    3. Книга 1
    4. Книга 2
    5. Книга 3
    6. Книга 4
    7. Книга 5
    .

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.